На втором этаже он прошел через широкий холл, миновал офис комитета по энергетике и природным ресурсам, повернул направо и, пройдя шагов двадцать, вновь повернул направо, в узкий коридор.
У дверей комитета по делам разведки дежурил полицейский из службы охраны Капитолия.
Джон показал ему свою сенатскую карточку, открыл портфель для беглого осмотра и расписался в журнале.
– Как дела? – спросил полицейский. – Очень жаль твоего приятеля. Он был отличным парнем.
– Да, – сказал Джон. – Спасибо.
– Тяжелый денек
для ваших людей.
В длинном списке посетителей Джон успел заметить три явно вымышленные фамилии с пометкой «Управление». Они пришли в 8:41 и ушли в 10:32.
– Похоже на то, – сказал Джон.
Полицейский впустил его в этот самый дорогой из всех офисов конгресса.
Комитет по делам разведки при сенате представлял собой лабиринт помещений, в которых не было ни единого окна, в нем обитали 39 служащих сената. Все телефоны были оборудованы системами защиты от прослушивания. Ни один гость не допускался внутрь без сопровождения.
В лабиринте стоял гул. Щелкали кнопки клавиатур. Работали телевизоры, настроенные на каналы Си-Спэн – кабельной сети, которая освещала слушания, проходившие в конгрессе, события в зале заседания конгресса, а также передавала выпуски новостей. За неделю до смерти Фрэнка разведывательное сообщество наконец уступило нажиму комитета, и теперь в
офисе можно было принимать сверхсекретные новости и аналитические обзоры оборонно-разведывательной сети. Эта сеть впервые вышла в эфир во время войны в Заливе, и первоначально ее пользователями были не более тысячи должностных лиц в Пентагоне и девятнадцати других военных подразделениях США.
Как только Джон закрыл за собой дверь, секретарша воскликнула:
– Джон пришел!
Его окружили коллеги. Заместитель управляющего пожал Джону руку.
– Мы все… Такая трагедия!
– Это все чертовы наркотики, – сказал помощник сенатора из Миннесоты.
– Если бы семьи не распадались… – начала женщина, приставленная к сенатору от Монтаны; она бросила учебу в Гарварде, чтобы «набраться жизненного опыта в реальном мире».
Ее перебил кремленолог, который, после того как распался Советский Союз, переименовал себя в «эксперта по Центральной Европе»:
– Необходимо просто перестрелять всех этих животных в человеческом обличье!
Заместитель управляющего поднял вверх руку, призывая к тишине.
– Мы… если кто-нибудь из нас может
чем-то…
– Все нормально, спасибо.
– Мы тут скинулись. Как ты думаешь, что лучше, венок или цветы на завтрашнее погребение?
– Цветы, на мой взгляд, более… приватно.
Высокопоставленный служащий отвел Джона в сторону.
– Председатель, естественно, тоже глубоко потрясен случившимся.
– Поблагодарите его за сочувствие.






