Его движение привлекло внимание мастера:
– Хочешь один?
– Нет, спасибо, – сказал Джон. – У меня был поздний ленч с одной очень сладкой леди.
Мастер вежливо улыбнулся.
– Только скажи мне, где расписаться, и я перестану действовать тебе на нервы и отправлюсь к ней.
– Вы слишком трясетесь над своим барахлом, – пробурчал мастер. – Мы в ваши годы такими не были.
– Вовсе нет, – сказал Джон.
Мастер хмыкнул. И вновь принялся разглядывать документ, лежащий на конторке.
Дверь во двор распахнулась, и ввалился водитель буксировщика:
– Эй, Барт! Куда поставить эту головешку?
– О чем ты? – спросил мастер.
– Ту тачку, что сгорела севернее Капитолия. Я притащил ее сюда.
– Подожди минутку.
– Я занятой человек, – пробурчал водитель.
Джон состроил мастеру сочувствующую мину.
Мастер в ответ молча покачал головой и сказал водителю буксировщика:
– А кто здесь не занят?
– Вот тут. – Мастер бросил перед Джоном блокнот. – Найди строку и распишись.
Джон просмотрел записи, оставленные в блокноте группой, ведущей розыск: ничего достойного внимания. Расписался как Гарольд Браун.
– Могу я оставить это у себя? – Мастер постучал пальцем по ксерокопии доверенности.
– Полагаю,
да, – сказал Джон. – В случае чего, это прикроет нас.
– Поторапливайся, Барт! – завопил водитель.
Барт бросил Джону связку ключей:
– Дальний конец участка, вдоль забора. Верни ключи, когда закончишь.
– Нет проблем.
Карман Джона оттягивала его собственная связка. Выйдя, он обогнул сгоревшую машину на буксировщике.
Барт будет занят с водителем пять минут, может быть, десять.
Городской отстойник для автомобилей находился в бедном районе возле Анакостиа-ривер, в кварталах, где мечты должны были прокладывать себе дорогу по битому стеклу. Джон торопливо шел через ряды машин, брошенных или отбуксированных сюда за неоплаченную парковку.
«Тойота» Фрэнка стояла в углу за ограждением. Желтые, развевающиеся на холодном ветру ленты, приклеенные на ближайшие машины, указывали на то, что эти машины доставлены с мест преступления.
Зловещая паутина на боковом стекле.
Ты сможешь сделать это.
Груда покореженного металла, бурые пятна на лобовом стекле, на приборной доске и обивке.
Сейчас это не должно тебя волновать.
Раздался
рев клаксона грузовика – где-то там впереди, у дальних ворот.
Никто не следит.
Сердце колотится.
Открыл дверь со стороны пассажира…
Сколько миль я проехал, сидя…
В машине стоял запах холодного металла. Обивки и резины.
Под ковриком на полу ничего, кроме грязи. В бардачке регистрационные документы, страховой полис на машину, кредитная карточка для покупки бензина, руководство владельца, ручка и сломанный карандаш.
Перепачканный плащ Джона лежал на заднем сиденье. Он оставил его там, осмотрел пол, пошарил рукой под задним сиденьем.






