Она ушла, а я сел в кресло, взял последний номер «Уолл-стрит джорнэл», открыл страницу биржевых котировок. Акции «Грейт Уорлд Бродкастинг» стоили восемнадцать долларов без шести центов, акции Радиовещательной компании Синклера — сто сорок два доллара с четвертью. От Сентрел-Парк-Уэст меня отделяли не только тысяча световых лет, но и семьдесят две телевизионные станции, пятьдесят региональных зон вещания и пятьсот миллионов долларов.
Секретарь принесла кофе. Черный,
горячий, в чашечке из тончайшего фарфора.
— Еще несколько минут, пожалуйста, — улыбнулась она.
— Ничего страшного. Я не тороплюсь.
Я проводил ее взглядом. Походка легкая, уверенная.
Интересно, подумал я, а что бы она сделала, ухвати я ее за попку.
Вернулась она, едва я допил кофе.
— Мистер Синклер просит вас зайти.
Я последовал за ней в кабинет.
Спенсер Синклер Третий выглядел точно так же, как на фотографиях. Моложе своих лет, высокий, стройный, одетый с иголочки. Длинный нос, тонкие губы, квадратный подбородок, холодные, интеллигентные серые глаза.
— Мистер Гонт, — он поднялся из-за стола, чтобы пожать мне руку. — Пожалуйста, садитесь.
Я опустился на стул перед его столом. Он нажал кнопку на аппарате внутренней связи.
— Мисс Кэссиди, меня ни для кого нет.
Сел, и несколько секунд мы смотрели друг на друга.
— Наконец-то мы встретились. Я столько слышал про вас. Вы обладаете редким талантом: умеете заставить людей говорить о вас.
Я промолчал.
— Вам интересно, что о вас говорят?
— По правде сказать, нет, — признался я. — Достаточно и того, что они говорят обо мне.
— Вы, похоже, пользуетесь успехом у женщин.
Я позволил себе улыбнуться. Тут он попал в точку, хотя и знал далеко
не все. В частности, и не подозревал о том, что в этот же день, только попозже, я встречался с врачом, чтобы договориться об аборте Барбары, его дочери
[2]
.
Спенсер взял со стола лист бумаги, вгляделся в него.
— Надеюсь, вы не обидитесь, узнав, что я попросил собрать о вас кое-какую информацию?
Я пожал плечами.
— Это естественно. Я сделал то же самое в отношении вас. Только воспользовался архивом «Нью-Йорк тайме».
2
Речь идет о криминальном аборте, поскольку в те годы аборты в Соединенных Штатах были запрещены.
— Стивен Гонт, двадцати восьми лет, родился в Нью-Бедфорде, штат Массачусетс. Отец, Джон Гонт, президент банка. Мать, до замужества Энн Рейли, оба умерли.
Учился в лучших учебных заведениях Новой
Англии.
Работа: рекламное агентство «Кеньон и Экхардт», один год, кинокомпания «Метро-Голдвин-Мейер», два года.
Последние три года — телерадиовещательная компания «Грейт Уорлд Бродкастинг», помощник президента Гарри Московица. Холостяк. Ведет активный образ жизни.
Он положил лист на стол и посмотрел на меня.
— Одного только я никак не могу понять.






