Но, как бы то ни было, Вандермеер действительно предложил ему часть китобойных судов и в довершение ко всему подарил свою коллекцию сортов амбры при заключении брачного контракта. Раз уж Шарль не мог жениться по любви, то предпочитал заключить брак по расчету, получив при этом нечто ценное в виде компенсации.
И Шарль сказал истинную правду:
– Нет, Пия, все дело в том, что я вижусь с тобой, только если Роланд в отъезде или когда он, как сейчас, страдает от морской болезни. Я не могу заниматься с тобой любовью без презерватива, и от тебя пахнет духами, которые тебе покупает он. А я не могу ни купить, ни подарить тебе дорогую вещь из опасения, что Роланд ее заметит. Я не могу ни пригласить тебя на обед, когда мне хочется, ни пойти с тобой, куда мне хочется. Все дело именно в том, что по ночам, лежа в своей постели, я снова и снова думаю: твой распутный муженек, который вправе обладать тобою, однажды может заразить тебя какой-нибудь смертельно опасной болезнью. Роланд мерзавец, Пия. Низкий, подлый…
– Так ты ревнуешь меня к нему?
– Да, я ревную, и у меня темнеет в единственном глазу при мысли, что он имеет на тебя больше прав, чем я.
Повисло молчание, потом Пия промолвила:
– О Шарль, все это указывает на то, что ты не должен жениться.
– Клянусь Богом, мне лучше жениться, если я хочу жить нормальной жизнью.
Пия прерывисто вздохнула в темноте.
– Ты отпетый эгоист… – Она всхлипнула и швырнула в него корсет. Ударившись о его руку,
корсет упал на пол.
Пия прошлепала босыми ногами из спальни в гостиную, продолжая всхлипывать.
Шарль поплелся за ней.
– Cherie,
[3]
– начал он, протягивая ей руку. – Я вовсе не намерен расставаться с тобой. Я просто хочу, чтобы моя жизнь как-то наладилась и я научился довольствоваться тем, что имею.
В гостиной царил полумрак – навес террасы не пропускал свет с палубы. Шарль хотел было зажечь электричество, но вовремя спохватился: занавески на иллюминаторах были раздвинуты. Хорошенькое зрелище явили бы они с Пией, стоя голышом посреди комнаты и ругая друг друга на чем свет стоит.
3
Дорогая (фр).
– Ты сейчас слишком зла на меня, – произнес он. – Я женюсь только потому, что ты не собираешься разводиться.
– Я не могу развестись.
– Что ж, прекрасно.
– Ты так не думаешь.
– Да, согласен, но я ничего не могу изменить.
– И поэтому решился н-на эт-то, – промолвила она, глотая слезы. Шарль чувствовал себя мерзавцем. Пия снова прерывисто всхлипнула: – Ты заставляешь меня с-со-вершать грех прелюбодеяния.
Шарль двинулся на звук ее голоса и аромат розовой герани.
– Нет, Пия, я не…
Он нащупал ее округлое плечо, и в этот момент нос корабля взметнулся вверх. Пия тут же ухватилась за ручку двери, чтобы не упасть, но двойные створки внезапно с пронзительным скрипом распахнулись.






