– Пей и будь сильной, девочка.
Послушно осушив бокал, Вита улыбнулась:
– Уже совсем хорошо и снова хочется танцевать!
– Она села.
– Я так давно не танцевала! На московском балу мне пришлось изображать веселье и танцевать, не помню что и с кем... Кажется, с тем самым переводчиком. Как давно это было и как скучно!
– Но он-то, наверно, запомнит эти минуты на всю жизнь.
– Крис задумался.
– Мне жаль этого
парня, Вита. Он видел тебя так близко, ты была совсем рядом... Не мудрено, что сторож потерял голову.
– Мне кажется, его кто-то здорово подставил. У них там настоящая коза-ностра. А насчет этого ты зря, - Лесников не из числа моих воздыхателей. Он смелый и романтичный, как в старых кинофильмах с Жераром Филипом. И даже читает книги о любви. Оказалось, у русских есть писатель, который давным-давно написал те слова, что говорил мне ты...
– "Я люблю тебя, потому что нет на свете ничего лучше..." Эти слова принадлежат только тебе, Жизнь.
Вита рассмеялась:
– Они принадлежат всякой, кому выпало счастье быть любимой. Истинно любящий всегда чувствует себя избранным, владельцем уникального сокровища. Я готова поклясться, что Кристос Флавинос и в самом деле считает меня ненаглядной.
– Согласен. Я не могу отвести взгляд от твоего лица. Я счастлив, а поэтому справедлив: твой московский
защитник не так уж плох...
– Крис с тоской посмотрел на центральный витраж. Он думал о том, с кем будет счастлива Вита в летнюю пору своей жизни, когда память о Флавине станет далекой и блеклой словно аромат увядшего цветка. Может быть, неспроста на её пути возникает влюбленный, конечно же, преданно влюбленный русский?
– Я хотел рассказать, кого встретил на месте аварии и даже чуть не пристрелил, приняв за бандита. Не смейся, - это был все тот же Лесников. Он прибыл в Ирландию, чтобы защитить тебя. Не думаю, что по долгу службы. Скорее, по велению сердца.
– Я рада, что у него все обошлось. Эти мерзавцы клялись, что достанут его. Все складывается отлично!
– Поднявшись, Вита изобразила глубокий реверанс.
– Приглашаю на танец, мой господин.
Крис обнял Виту.
– Что заказать оркестру?
– Все! Я жадная - я хочу сразу все.
И музыка зазвучала! Мелодии, которые Крис любил, и которые никогда не слышал. Но именно те, что способны были поднять влюбленных над миром, кружа их среди россыпи звезд. Чистый восторг и радость. Бесконечная
радость. Они танцевали целую вечность.
– Завтра я сыграю для тебя, Жизнь, маленький спектакль. Так надо и так велит мне судьба.
– Лучше этого танца вряд ли получится... Крис, ведь мы летим! Но это не воздух - это волны музыки, играющие нами, словно ветер лепестками яблонь...
– Я не буду петь, не беспокойся. Кое-что совсем простое, в духе моих предков - я пройду сквозь стену.
– Постой, постой, Крис... Мне плохо...






