Вита отдернула руку:
– Нет!
Она поднялась. Теперь, согретая огнем, с горячим сердцем, переполненным любовью, она знала, что должна сделать.
– Выпустите меня отсюда. Я сделаю то, что вы просите: Кристос будет свободен.
– Вита гордо направилась к распахнутой двери.
– Мисс!
– Окликнул её старик.
– Не забудьте, - не раньше полудня...
Он засмеялся, - второй раз за свою жизнь. Оставался третий последний. Так было предначертано в книгах. После этого он исчезнет.
Подойдя к спящему, старик заглянул в его лицо:
– Ты обречен быть жертвой, глупец. Это лишь следствие твоего выбора. Но ты даже не знаешь, где оступился, сделав неверный шаг... Хочешь, я подскажу? Ты ошибся, назвав жизнь игрой. И ты все ещё ошибаешься, полагая, что у игры должен быть счастливый конец.
На верхней площадке башни свистел ветер. Но снегопада не было и окрестности просматривались отсюда, с высоты птичьего полета, как на ладони. Белый холм
возвышался над полями и лесами, словно остров, а по дороге, ведущей к воротам, с муравьиной расторопностью поднимались люди.
– Здесь и вправду будет настоящий цирк. Блин! Вот уж никогда не хотел мелькать жопой на манеже.
Крепкий шатен по кличке Танцор пристроил в амбразуре оптическое ружье. Он был чечеточником в Москонцерте после того, как на экраны вышел фильм "Зимний вечер в Гаграх" и степ снова вошел в моду. Потом Союз развалился, Танцор оказался в Германии и быстро овладел новой профессией, которой гордился ещё в армии на службе в десантных войсках. Танцор стал первоклассным убийцей, получив право на высокие ставки и своего рода известность. Его перекупили бывшие соотечественники, подвизавшиеся в Штатах. И там уже, как крупного спеца американской группировки, нанял Фистулин. Танцор всегда был похож на бульдога, хотя умел гримом передавать себе сходство с известным в России актером.
Его партнер по "делу Джордан" называл себя Лавриком, но Танцор тут же прилепил ему кличку Берия - за прищуренный взгляд и ехидную ухмылку тонких губ. Лаврик вообще все делал не так, но упорно считал себя главным. Это он упустил парочку на барже в Хельсингере, неловко припугнул красотку на дороге в Дании, а потом пустил под откос машину фокусника, не заметив даже, что в ней никого не было. Правда, Танцор сидел рядом и собственными глазами видел, что в салоне обнимались двое, в точности соответствовавшие преследуемым объектам.
Но потом он твердил иное: машина была пуста, но Лаврентий проигнорировал его окрики. Хорошо еще, что перед заказчиком отчитывался москвич. Фистула шутить не любит, это известно на обоих континентах. И если он распорядился немедленно привести в исполнение приговор, то раздумывать здесь не стоит.
Из Москвы поступило сообщение с указанием места, где должна произойти расправа.






