Подальше, в сопровождении "мерседесов" с мигалками, возмутительница спокойствия покатит в "Метрополь", вызывая головную боль у других ответственных за её сохранность лиц.
"С глаз долой - из сердца вон", - этой присказкой неизменно провожал гостей далеко несуеверный Буркин и мысленно крестился, если встреча прошла без ЧП. Теперь, глядя вслед удаляющейся девушке, он пожалел о чем-то несостоявшемся, - возможно, о героической схватке за жизнь и честь Виты с какой-нибудь бандой, прорвавшейся на территорию аэропорта. А, может, о знакомстве, которое вполне могло бы состояться, вступись подполковник Буркин за честь и достоинство гостьи. Мысли эти были из разряда "парфюмерных грез" - из того сказочно-наивного мира, к которому принадлежала мисс Джордан. Но подполковник расслабился, забыл произнести ритуальную фразу и был наказан. На пути начальника выросла троица, которая сразу ему не понравилась. Хотя на любого другого гражданина, несомненно, произвела бы приятное впечатление. Два обаятельных крепыша в строгих костюмах вели под руки несколько огорченного чем-то приятеля, тоже человека весьма солидного, в добротной кожаной куртке и хорошо отутюженных брюках. Он упорно смотрел себе под ноги, представив взгляду подполковника едва прикрытое редкими сивыми прядями темя. Буркин молча впустил визитеров в кабинет и запер дверь.
– Вот, изъяли у гражданина...
– раскрыв паспорт, левый охранник прочел, - Соловья Савелия Фридриховича.
– Паспорт и пистолет системы ТТ легли на стол начальника.
– Задержанный извлек оружие из внутреннего кармана куртки с намерением произвести выстрел в тот момент, когда гости начали спускаться по лестнице. Ему удалось прорваться к самому барьеру, - пояснил второй.
Подполковник тяжело вздохнул. Стало очевидно, что дежурство затянется.
– Состояние?
– коротко спросил он.
– Признаков наркотического или алкогольного опьянения нет, - отчеканил левый.
– Да какого же лешего, гражданин Соловей, вы целились в женщину? Она что, ваша жена, любовница, или, может, вы из этих - мужеложцев?
– Искренне огорчился Буркин.
Отпущенный "друзьями"
мужчина оказался упитанным и низкорослым. Виновато притихший перед столом начальника, он напоминал провинившегося отличника - тонкие оттопыренные уши пылали, пухлые яркие губы страдальчески кривились. И вдруг из опущенных глаз прямо на светло-серый ковролин закапали тяжелые, частые слезы.
– Я... я с собой покончить хотел... в висок целился...
– Точно так, - подтвердил заявление "правый" охранник.
– И с какой такой целью? Ведь не мальчик - 36 стукнуло.
– Подполковник просмотрел паспорт задержанного.
– Живете в хорошем районе. Супруга, сын... Письмо написали?
– Какое?
– Как какое? Объяснительное. С политическими требованиями или протестами.






