ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Маркиз де Сад, Автор - Томас Дональд Серрелл, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Маркиз де Сад Томас Дональд Серрелл Маркиз де Сад, Автор - Томас Дональд Серрелл, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Предисловие В июле 1990 года в Аркейе, месте самого знаменитого бичевания Сада, плакаты на фонарных столбах и институте Мариуса Сидобра приветствовали Нельсона Манделу. Анилиновые краски, расцветившие жалкую городскую улицу, освежали в памяти ставшие уже историей пестрые надписи на бетонных стенах общественных зданий: «Свободу Манделе». Аркей, бывший во времена старого режима любимым местом отдохновения богатых и титулованных особ, ныне скорее похож на подвергшийся жесточайшей бомбардировке городок с вызывающе возвышающимися крепостными блоками линии Мажино. Отчаянное сопротивление высотным постройкам Парижа, ведущим наступление с южного направления, оказывают последние из уцелевших вилл восемнадцатого века, увитые плющом, прежние названия улиц, просуществовавшие до самого последнего времени, надежно погребены экскаваторами и башенными кранами. Топография Аркейе времен Сада канула в Лету. Только временный дорожный знак желтого цвета указывает в том направлении, где когда-то стоял petite maison [1] , в котором он творил свои дела. Чтобы не погрешить против истины, следует сказать, что надпись на знаке гласит: «Deviation» [2] . 1 малый дом (фр.) 2 Это слово имеет зн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В то время как родителей Сада прельщал мир Версаля и Парижа и городской классицизм восемнадцатого века, предкам князьков эпохи Ренессанса больше нравилось ощущать себя великими сеньорами Прованса. Свои замки в Ла-Косте и Сомане Сады расположили высоко над речными долинами и разбитыми на террасах виноградниками. В отдельные моменты эти сооружения наводят воспоминания о драматической работе Сальватора Розы или первых страницах какого-нибудь готического романа. В Мазане замок скорее напоминает особняк своим эркерным фасадом, построенным в стиле классицизма семнадцатого века. Обращенный окнами на запад, он стоит на окраине маленького городка и смотрит на плодородную равнину с виноградниками и вишневыми садами.

Когда члены семейства Садов с высоты своих поместий в Ла-Косте, Сомане или Мазане разглядывали раскинувшиеся перед ними просторы, они вряд ли могли претендовать на обладание всеми

землями. Но и того, что они имели, было более чем достаточно для удовлетворения насущных потребностей. Граф де Сад «оброс» долгами, но его обязательства едва ли достигали стоимости его поместий. Его сын своим разнузданным поведением навлек на себя еще большие долги. Но даже имея финансовые затруднения, при определенной экономии он мог спокойно существовать в Ла-Косте, где не испытывал недостатка в красивых молодых женщинах, столь необходимых ему для участия в сексуальных драмах.

В Провансе, как повелось исстари, смотрели на свободу сексуальных нравов, которой отличался Сад, сквозь пальцы. Светские и мирские власти выражали согласие с замечанием Байрона, сделанном в «Дон-Жуане»

Что у людей игрой любовной, а у богов изменою зовется,

В краях, где климат жаркий, намного лучше удается…

Естественно, что по этой причине, к подобному поведению власти относились терпимо. В 1319 году в Авиньоне издали папский «тариф» с перечислением сумм, которые следовало уплатить в качестве штрафа тем, кто обвинялся в том или ином нарушении норм сексуального поведения. Виновному в неестественном использовании женщины церковь за его грехопадение предъявляла к уплате существенный счет. В случае аналогичного поведения с животным или мальчиком сумма штрафа оказывалась ниже, поскольку иной альтернативы неестественному поведению в подобном случае не представлялось. Имелись расценки и для мужа, убившего жену. Но, если он избавлялся от нее для того, чтобы жениться на другой женщине, сумма утраивалась в знак назидания ему, чтобы было неповадно получить что-то даром. Убийство епископа считалось куда более серьезным проступком, который стоил много дороже, чем убийство жены или неестественное использование партнера любого пола или вида.