Тебя не было видно весь день.
– Нет.
– Значит, ты искал ее, а она, как обычно, избегала тебя. О, как же можно так унижать меня у всех на глазах!
– Я не унижал. И я не видел Лети.
– Плохо,- заявила Сара.- Ну что ж, можешь увидеть ее сейчас,- если встанешь. Она лежит в шезлонге у террасы, под каштаном. Вернее, возлежит. Она возлежит в изящной позе и ждет, когда кто-нибудь подойдет к ней. Ты должен учиться у нее.
– О, оставь меня в покое!- воскликнул Бен и, вскочив, попытался разглядеть Алитею.
– Не сейчас, дорогой,- осадила его Сара.- Ты там не нужен. Она ждет не тебя. Она ждет того симпатичного доктора, который пришел с суперинтендантом.- Бен рухнул на скамью.- Если ты выглянешь через несколько минут,- холодно продолжала Сара,- ты увидишь, что он идет к ней.
– Откуда ты знаешь?
– Ты забыл,
что она всегда расставляет силки на свежего мужчину? Точно так же, как она расставила силки на тебя, бедняжка ты мой. И не отпускает его от себя. Я преклоняюсь перед ней. Она уже оттащила симпатичного доктора от Анджелы.- Продолжая вязать, Сара встала. Пышное платье делало ее похожей на пастушку с дрезденского фарфора или на куклу, под которой укрывают телефонный аппарат.- Видишь! Вон он идет, от дома к каштану. Они выпьют чаю в уютной обстановке, и в коллекции Лети появится новый скальп.
– Не говори глупости,- вяло произнес Бен.- Он же почти полицейский. Он просто хочет задать ей несколько вопросов. Возможно, мне следовало бы присоединиться к ним.- Он устремил на Сару неуверенный взгляд.- Я уберегу ее от неосторожности. У Лети нет чувства самосохранения. Она говорит то, что думает.
Сара села и рассмеялась.
Они продолжали тихо ссориться. Наконец Бен не выдержал, вскочил и ушел. Однако, не решившись идти в сторону террасы и каштана, он некоторое время побродил в розовом саду, чтобы Сара могла его видеть, а потом стал медленно перемещаться к лабиринту.
Следуя за Анджелой и экспертами к лабиринту, Фицбраун обнаружил, что Сара одна, и сел рядом.
* 4 *
Маллет, предоставленный самому себе в сердце Мейза, проводил время в изучении места преступления.
На первый взгляд могло показаться, что изучать-то нечего. Тело Августина лежало в том же положении, как и после нанесения удара, и ожидало прихода фотографа.
Молоток лежал рядом. Не вызывало сомнения, что этот молоток использовали для крокета: об этом свидетельствовали зазубрины на головке, полукруглые вмятины и крошечные осколки белой краски, оставшиеся от ворот. Стараясь не дотрагиваться до молотка, Маллет принялся измерять его: общий размер, длину рукоятки, диаметр головки. Он также измерил расстояние от
молотка до правой руки Августина, до входа и до солнечных часов.






