Как только святой отец в четвертый раз упомянул о долге и в третий — о послушании, она вообще перестала его слушать, нервно поглядывая на окованные железом двери, ожидая криков тревоги.
Позвякивая связкой ключей, Сильвио вошел к Ривену и улыбнулся:
— Невеста ждет тебя.
— Я готов. — Ривен поднялся, поправил богатый свадебный наряд.
Сильвио проверил замок на двери и, пробормотав: «Закрыто», повернул ключ.
— Вы сами его закрывали. — Сильвио открыл дверь, и Ривен вышел из камеры.
Ривен медленно поднял глаза и внимательно посмотрел на Томаса и Сильвио. Оба едва заметно улыбались и тоже смотрели па Ривена, Они все знают. Нет ни малейших сомнений.
— Как себя чувствует моя невеста? — поинтересовался Ривен, когда они поднимались по узкой лестнице.
— Очень хорошо, но напряжена, как натянутая тетива, — ответил Сильвио, следуя за Ривеном.
Ривен легко мог это себе представить. Бедняжка с ужасом ждала, что вот-вот обнаружится его исчезновение. И наверняка растеряется, если поймет, что ее родственники обо всем знали и что он по-прежнему находится в замке. Уже
у самого выхода из подвала в голову ему пришла страшная мысль, от которой задрожали колени. А что, если Тэсс не любит его и потому отослала прочь? И никакое благородство и самопожертвование здесь ни при чем? Он встряхнулся и прогнал эту мысль. Хватит сомнений. Тэсс. любит его, он уже не раз имел возможность в этом убедиться.
— У тебя был шанс, Ривен, — тихо произнес Сильвио. — Ты сделал свой выбор.
— Я знаю. — Ривен двинулся вперед.
— Бедняжке станет намного легче, когда ты появишься. Я оставил ее со священником. Он читает ей наставление о том, какой должна быть добродетельная жена. — Сильвио заметил, что Ривен, пряча усмешку, опустил голову.
— Как жестоко! За что такое наказание?
— Дай Бог, чтобы она после этого стала хоть чуть-чуть послушнее.
— Вижу, придется снова ее спасать. — И Ривен ускорил шаг под одобрительные смешки Томаса и Сильвио.
Войдя в зал, Ривен замер от восхищения. Тэсс была прекрасна, такой он не видел ее ни разу. Золотистый шелк
как нельзя лучше шел к ее роскошным черным волосам и смуглой коже, но она была мертвенно бледна. И он поторопился к ней, опасаясь, как бы она не потеряла сознание. Тэсс ничего не могла понять, ей казалось, что от горя она лишилась рассудка, к тому же всю ночь она не спала и не переставала лить слезы. Лишь когда Ривен, встав рядом с ней, взял в свою крепкую, теплую ладонь ее похолодевшую руку, она поверила в реальность происходящего. Живой Ривен в свадебном наряде с тревогой смотрел на нес.
— Ривен, — произнесла она наконец. — Ты здесь.
— А где же еще ему быть? — спросил дядя Сильвио. Она едва не сказала: «По крайней мере в пятидесяти милях отсюда, пришпоривая лошадь», но Сильвио приказал священнику начинать церемонию.






