— Не будь ты так самоуверен, не стал бы меня поучать, что мне делать, а чего не делать.
— Так вот за что ты сердишься на меня. За то, что я слишком самоуверен?
— Не знаю, как еще это назвать. Мужчин у меня не было, но я сама могу решить, как вести себя в подобной ситуации.
Ривен не мог не признать, что Тэсс права. Умом ее Бог не обидел. И все же его мучило чувство вины.
— Пойми, Тэсс, когда ты захочешь выйти замуж, у тебя могут возникнуть проблемы.
Сама мысль о том, что Тэсс будет принадлежать другому, была невыносима, и Ривен прогнал ее прочь.
— Ривен,
не сочти меня циничной, но мое состояние спишет все грехи.
Ее прямота ошеломила Ривена. Да, Тэсс наивной не назовешь. Она действительно может купить себе мужа. Дело обычное. Только не принято об этом говорить вслух. А Тэсс не побоялась, сказала. Теперь его беспокоило другое: Тэсс достойна большего.
Ривен снова стал ласкать Тэсс и между поцелуями спросил:
— Если ты ничего от меня не ждала, то почему отдалась?
Тэсс не стала признаваться ему в любви, хотя ей очень этого хотелось. Но он ждал от нее только страсти. Настанет час, и он пожелает узнать, что таится у нее в сердце. А пока се откровения могут его спугнуть. И она солгала:
— Я просто хотела тебя.
— И все? — Ривен почувствовал горькое разочарование. От Тэсс он ждал совсем другого. Ривену до боли хотелось, чтобы Тэсс поняла, как страстно он желал ее все это время. Ни с одной женщиной он не испытал такого полного, всеобъемлющего наслаждения, как с ней.
— Значит, ты просто хотела меня?
— Не совсем так, не знаю, как объяснить. Это чувство сродни голоду. Жестокому, неутолимому голоду. —
Рука его скользнула к ее животу, и Тэсс с трудом подбирала слова: — У меня были легкие увлечения, но впервые в жизни я захотела отдаться мужчине.
Он поцеловал ее и уложил на импровизированную постель, а Тэсс, прижавшись к нему, подумала, что «голод» — то самое слово, которое точно определяет ее ощущения.
Он оторвался наконец от ее губ, убрал с лица прядку непослушных волос. В глубине его темно-голубых глаз Тэсс увидела тот самый голод, который мучил ее. Столь сильное чувство не может существовать само по себе, оно должно подпитываться другими чувствами, как река — ручейками. Но Ривен ощущал только голод. Всепоглощающую страсть.
— Да, голод, настолько сильный, что мне необходимо было его утолить. Бороться с ним не имело смысла. А потом ты ушел и долго не возвращался. Я думала, ты погиб и теперь до конца дней мне суждено испытывать это чувство голода. Но ты вернулся, судьба дала мне еще один шанс.
— И ты не упустила его. — Он поцеловал ее ладонь.
— Ухватилась обеими руками. В мыслях я уже согрешила, и эта проблема меня не волновала.
— Так ты думала об этом?
— Разумеется.
— Приятно сознавать, что я был не одинок.






