Удостоверившись, что она слишком поглощена рисованием, чтобы обнаружить его присутствие, Гидеон нарушил чары тишины.
— Доброе утро, — произнес он.
Молодая женщина испуганно вскрикнула, выронила перо и мгновенно вскочила на ноги. Развернувшись, она посмотрела на Гидеона, на ее лице застыл ужас.
Такая реакция не удивила виконта. Красавцем он никогда не был, а глубокий шрам, пересекавший, подобно молнии, левую сторону подбородка, только усугублял впечатление.
— Вы, черт возьми, кто такой? — Молодая женщина, спрятав руки за спиной, лихорадочно пыталась запихнуть свои рисунки под дневник — подальше от любопытных взоров. Испуг в ее огромных, бирюзового цвета глазах сменился мрачным подозрением.
— Сент-Джастин, — улыбнулся Гидеон холодной вежливой улыбкой, прекрасно сознавая, как зловеще в этот момент выглядит его шрам. Он ждал, когда в ее блестящих глазах появится отвращение
— Сент-Джастин?
Лорд Сент-Джастин? Виконт Сент-Джастин?
— Да.
Вместо отвращения в ее зеленовато-голубом взгляде читалось явное облегчение.
— Слава Богу.
— Не часто меня приветствуют с таким радушием, — пробормотал Гидеон.
Молодая леди резко опустилась на стул и сердито сдвинула брови:
— Бог ты мой! Ну и напугали же вы меня, милорд. Что это вы себе позволяете — незаметно подкрадываетесь, пугая людей?
Гидеон многозначительно посмотрел через плечо на раскрытую дверь:
— Если вас тревожит возможность посещения вашего дома незваными гостями, то, без сомнения, лучше было бы всегда держать дверь на замке.
Она проследила за его взглядом:
— О Господи! Миссис Стоун забыла закрыть ее. Она, знаете ли, очень верит в благотворное влияние свежего воздуха. Прошу вас, милорд, проходите.
Она снова вскочила на ноги и схватила с единственного свободного от окаменелостей стула
две огромные книги. На мгновение она замешкалась, выискивая среди камней место, куда можно было пристроить два тома. В конце концов, отчаявшись, она небрежно бросила книги на пол.
— Прошу вас, сэр, садитесь.
— Благодарю вас.
Гидеон не спеша вошел в кабинет и осторожно опустился на казавшийся под ним совсем крохотным стульчик. Современная мода на хрупкую изящную мебель не очень-то подходила для его размеров и веса. Гидеон с облегчением вздохнул, убедившись, что стул выдержал.
Виконт бросил взгляд на книги, только что лежавшие на его стуле: «Теория Земли» Джеймса Хаттона и Плейфеаровские «Иллюстрации к» Теориям Земли» Хаттона «. Книги и битком набитая камнями комната многое объясняли. У хозяйки дома была, без сомнения, страсть к окаменелостям.
Видимо, ее привычка иметь дело с выбеленными, ухмыляющимися черепами и послужила причиной того, что она не испугалась изуродованного шрамом лица, заключил Гидеон. Судя по всему, ужасные зрелища ей были не в диковинку.






