Это происходит из-за отрицательной гравитации, при потере скорости, перед тем, как снова набираешь высоту. Ощущение такое, как будто желудок сейчас вылетит изо рта. Но ничего, обошлось…
— Не понимаю, как тебе это может нравиться, Кэсс. Меня все это только пугает до чертиков.
— Наверное, у меня это в крови.
Бобби кивнул. Видимо, так и есть. Он все больше тревожился за подругу, но одновременно смотрел на нее с восхищением. В Кэсси день ото дня все больше проявлялась женщина.
Сам он, красивый, светловолосый, выглядел трогательно молодым.
— Как печально то, что произошло с Амелией Эрхарт!
Кэсси кивнула:
— Да, очень. Ник говорит, что все пилоты заранее к такому готовы. Это может произойти
с любым. — Она взглянула вверх, в небо. — С ними тоже. Наверное, они считают, что дело того стоит.
— Ничто не стоит того, чтобы рисковать жизнью. За исключением тех случаев, когда это необходимо. На войне, например, или для спасения человека, которого любишь.
Кэсси смотрела на Бобби с печальной улыбкой.
— Вот в этом-то вся проблема. Большинство пилотов готовы рисковать жизнью за одну только возможность подниматься в воздух. Но их никто не понимает.
— Может быть, именно поэтому женщинам и не следует летать, Кэсс.
Она вздохнула:
— Сейчас ты говоришь, как мой отец.
— Может быть, тебе стоит к нему прислушаться.
Ей захотелось крикнуть «не могу», но она понимала, что Бобби этого говорить нельзя. Только Нику. Он один из всех знает о ней всю правду и полностью ее принимает. Никто из остальных, кто ее окружает, не знает, что она собой представляет на самом деле. И меньше всех ее знает Бобби.
Кэсси увидела Криса, приближавшегося к ним, и побежала навстречу брату. Его лицо светилось торжеством, он с гордостью нес в руке медаль. Отец рядом с ним словно не шел, а летел на крыльях.
— Первая медаль уже в семнадцать лет! — повторял он снова и снова каждому, кто останавливался послушать. — Наш парень!
Пэт раздавал направо и налево банки с пивом, хлопал всех по спине и плечам, не зная, как еще выразить свою радость.
Крис купался в любви и одобрении отца. Кэсси наблюдала
за ними, пораженная тем, как страстно хочется отцу, чтобы Крис достиг успехов в воздухе. И в то же время дочь он категорически не хотел допускать к полетам, хотя она летает в десять раз лучше, чем Крис. Пэт ни за что на свете этого не признает.
Более того, даже мысль об этом не придет ему в голову.
Подошел Ник пожать руку Крису, а потом увел его к другим летчикам.
Этого дня Пэт О'Мэлли ждал пятьдесят один год. Ему успех сына представлялся только началом. Он не понимал, что это предел возможностей Криса. Он ожидал большего. Он уже говорил о том, что будет на следующий год. Кэсси могла лишь посочувствовать брату. Она знала, как тот дорожит мнением отца.






