На ступенях лицом вниз лежало сильно иссеченное осколками тело. Оно еще шевелилось. Каратель
перешагнул через Смирнова и пошел наверх. Он уже не очень хорошо понимал, что делает… Он знал только, что обязан довести до конца операцию "Караван".
Ступенька… ступенька… еще ступенька… и еще. Дверь. Золотая, изогнутая ручка… всхлипывание женщины. Слабый свет из-за двери.
Каратель ударил ногой, и дверь распахнулась.
…дверь распахнулась. Из полумрака в спальню шагнул человек - страшный, окровавленный. Жанна пронзительно закричала…
Дверь распахнулась. Каратель шагнул в спальню, слабо освещенную маленьким светильником у прикроватной тумбы. Посредине стоял высокий мужчина в халате, с пистолетом в руке. Каратель видел его только на фото, но сразу узнал… Они стояли друг напротив друга и смотрели друг другу в глаза. Было очень тихо.
Пронзительно закричала Жанна. Стрельцов очнулся, сделал шаг назад и начал поднимать пистолет.
Каратель улыбнулся, сделал два неожиданно быстрых шага вперед и ударил левой рукой с зажатой в ней гранатой по правой руке Стрельцова. "Беретта" выскользнула из руки советника, но и "фенька" выпала из руки карателя.
Жанна вскочила, оттолкнула мужчин и выбежала из спальни.
Четверо запыхавшихся милиционеров были метрах в двухстах от "объекта № 4", когда раздался взрыв… Они остановились.
– Кажись, граната, - сказал Куценко.
– Она и есть, - подтвердил Старостин. Он трижды был в Чечне, насмотрелся и наслушался.
– Она и есть, сука такая… Это что ж там за война? Сперва - стрельба, теперь - гранаты…
– Пошли, - сказал Куценко строго. Четверо двинулись вперед, настроение было
паршивым… Они внимательно вслушивались, но ни взрывов, ни выстрелов больше не было.
Дорога сделала поворот, четверо ментов увидели впереди кирпичную стену и слабое свечение над ней… выключили фонари.
– Че делать будем?
– спросил водитель. Никто не успел ничего ответить - распахнулась калитка возле ворот и из нее выбежала… обнаженная женщина.
Жанну успокаивали, но толку от этого было мало. Она показывала рукой на дом и твердила: там! там!
– Что там?
– спрашивал Куценко, но она твердила одно:
– Там! Там! Всех убили!
– Ясно, - сказал Куценко таким тоном, что стало понятно: ничего ему не понятно. Он повернулся к Старостину и спросил: - Ну, чего делать-то будем, Саня? Может, подмогу вызовем?
Старостин был самый опытный и толковый из всей четверки. Он подумал несколько секунд и сказал:
– Я схожу, посмотрю… может, там и нет уже никого. Ты оставайся с бабой, а щеглы пусть контролируют периметр снаружи…
– Каску возьми, - предложил Куценко. Старостин ответил:
– Каску-шмаску-пидораску… туфта все это, Вовец. Тут как карта ляжет.






