ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пленница, Автор - Седов Б. К., Серия - Тамара Астафьева [1], , Жанр - Боевики, Детективы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Пленница Седов Б. К. Пленница, Автор - Седов Б. К., Серия - Тамара Астафьева [1], , Жанр - Боевики, Детективы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Часть первая «РЕАЛИТИ-ШОУ: ВЫЖИТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ!» И приведите откормленного теленка и заколите: станем есть и веселиться. Святое благовествование от Луки, гл. 15.23. Не бойся ничего, что тебе надобно будет претерпеть. Вот, диавол будет ввергать из среды вас в темницу, чтобы искусить вас, и будете иметь скорбь дней десять. Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни. Откровение от Иоанна Богослова, гл. 2.10. Глава 1 ЗЕЧКИ ПО ВЫЗОВУ Герда. 17 июля 1999 г. 20-00 — 20-15 — Падлы! Как же достали! Твари! Ублюдки! — Касторка бесстыдно задрав нелепую серую юбку, начинает активно изгонять из-под нее комаров. Мелькает розовый зад в символических трусиках, и эта картина, небось, вызывает сладкую оторопь у скучающего на соседней вышке караульного. Солдатик, как говорится, на какое-то время утрачивает предписанную строгим уставом бдительность. — Закройся, — сквозь зубы бросает Диана. — Не егози. — Хотя она даже не смотрит в сторону Касторки, вообще стоит к ней спиной, но у меня уже давно сложилось впечатление, что и на затылке у Дины-Ди есть глаза. — И без твоих выкрутасов засветились здесь выше крыши… Где ж эти выродки?! Под выродками она подразумевает легавых, которые еще со

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

 — Кэрри цапнула из протянутой пухлой ладошки конфету и принялась отделять от нее прочно прилипший фантик. — Куда же еще? «Ах, парники! Ах, рассада! Ах, трали-вали! Забор завалился, а печка дымит!

— Мои тоже. Будешь? — Лишь после некоторого раздумья Зинка предложила другую конфету Тамаре.

— Спасибо.

Отказаться было невежливо. И неразумно. Откажешься — тут же завистливая стерва Цизевич все истолкует по-своему. Шу-шу-шу с девками: «Ах, эта Астафьева… кооператорша… задавака… ах, эта зажравшаяся буржуйка побрезговала. А как же, конечно. Дома, наверное, такое! У папаши-то, говорят, „мерседес“, каких в Ленинграде раз-два и обчелся».

Тамара медленно перешла на другую сторону улицы и, не оборачиваясь, принялась

перешнуровывать ослепительно белые новенькие кроссовки.

«Наплюй!» — сказал папа. Он прав.

Зинка с Кариной гуляют в одном дворе и знают друг друга еще с дошкольного возраста. Они — что-то вроде подруг, если можно назвать их отношения дружбой. А Тамара чужачка. Кооператорша… задавака… выскочка…

Она чувствовала себя как последняя идиотка, но уйти по-английски, не попрощавшись не решилась. Зачем обострять и без того совершенно невразумительные отношения с одноклассницами, зачем самой подставляться под клеймо

«Задавака»,

когда на самом деле ты совсем не такая — вовсе и не зажравшаяся буржуйка, готовая на всех и вся взирать свысока. Просто повезло с родителями несколько больше, чем остальным. Просто учеба почему-то дается шутя — при всем желании не удалось бы не быть самой успевающей ученицей в классе.

А зависть — едкая штука!

Тамара услышала, как Цизевич на другой стороне узкой улочки громко хихикнула (или хрюкнула?) и, не выдержав, все-таки обернулась.

Карина и Зинка, абсолютно забыв о существовании Тамары, спокойненько удалялись вдоль улицы по направлению к продуктовому магазину.

Не попрощавшись. В отличие от Тамары они могли позволить себе подобное хамство. И лишний раз продемонстрировать новенькой, что она для них пустое место. Изгой. И ничего ей не светит.

«Надо поговорить с отцом, чтобы на будущий год меня перевели в другую школу».

Она выплюнула недожеванную ириску и пошагала к автобусной остановке. Довольно высокая с блестящими черными волосами, ниспадающими на плечи, прямым, чуть вздернутым носиком и темно-карими, обрамленными длинными густыми ресницами глазами. Мальчишки считали ее красивой.

— Страшно подумать, царица Тамара, о том, что нас с мамой ждет через несколько лет, когда ты чуть-чуть подрастешь, — однажды, смеясь, заметил отец.

— Ты напоминаешь мне жену фараона Эхнатона Нефертити, вернее, ее изображение

на древнеегипетских барельефах, — недавно заметила мать. — Хочешь взглянуть? — кивнула она на полку, заставленную художественными альбомами.