Этот тусклый человек, похожий на школьного учителя, предавал всех, кому служил. И в эти последние для Рейха дни за спиной фюрера он вел тайные переговоры с международным еврейским комитетом и искал пути для заключения сепаратного мира с союзниками от своего имени. Полчаса назад он был отстранен от должности рейхсканцлера, но об этом еще мало кто знал.
Заметив мрачное настроение Вайстора, Гиммлер решил его подбодрить:
– Я понимаю, как тяжело будет расстаться с девушкой, которую вы считали своей невестой. Я помогу вам. Здесь, в бункере, среди наших дам недавно появилась новая мода на «смертельную помаду». Наш дантист монтирует ампулы с ядом в зубные протезы. Насколько мне известно, фройляйн Ева закрепила ампулу на мостике между зубов. Не правда ли, очень мило? Я распоряжусь,
чтобы дантист выдал вам ампулу.
– Благодарю вас, рейхсфюрер! Позвольте, я все сделаю сам.
Хорст торопливо вернулся в зал столовой и с неудовольствием заметил, что девушка уже не одна.
За столиком рядом с Элизой сидел офицер в расстегнутом кителе с содранными нашивками. Его лицо покрывала пороховая копоть.
На Хорста резко запахло шнапсом, многодневным потом и дешевым солдатским одеколоном.
– Позвольте поцеловать ручку, – пьяно икнул офицер и потянулся к девушке.
– Прошу извинения за этого солдафона, – Хорст склонил перед Элизой напомаженный пробор. – А вам, гауптман, – скривив губы, заметил он офицеру, – надо протрезветь. Не пытайтесь топить свое горе в вине…
– Видно, вы давно не были там… – офицер ткнул пальцем наверх. – А я видел Зееловский ад так же ясно, как вижу вас… Морская пехота русских сбросила каски, словно они уже мертвецы… Они шли в бескозырках, закусив зубами синие ленты… О фройляйн, – офицер умоляюще посмотрел на Элизу, –
бегите, бегите отсюда… Завтра, нет уже сегодня, русские разорвут город на куски. Их армии рвутся к Берлину, а наши бравые генералы сидят в бункере и дают по русским танкам оглушительный залп! – офицер изобразил губами неприличный звук.
– Ваш долг сражаться и побеждать, а не отсиживаться здесь, – холодно заметил Хорст.
Двое дежурных офицеров увели пьяного под руки.
– Все в порядке, – как ни в чем не бывало Хорст сел рядом с Элизой. – Я получил согласие рейхсфюрера, и наша свадьба состоится сегодня же.
Иоганн Сандивогиус все еще ожидал приема у фюрера, сидя на стуле в коридоре. Мимо него, мерно стуча подошвами, проходили караулы и сновали связисты с пачками телеграфных лент. Откуда-то сверху все настойчивее доносился шум попойки.
Наконец старика пригласили в кабинет. Бормоча под нос, Сандивогиус вошел в кабинет фюрера, постукивая наконечником трости о дорогой цоссенский паркет и равнодушно поглядывая по сторонам. Следом за ним внесли аквариум-сферу на изящной серебряной подставке.






