ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Оракул, Автор - Веста А., Серия - Сокровища Сергея Алексеева [5], , Жанр - Исторические детективы, Детективы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Оракул Веста А. Оракул, Автор - Веста А., Серия - Сокровища Сергея Алексеева [5], , Жанр - Исторические детективы, Детективы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Пролог из недалекого 20… года Детектив начинается тогда, когда кому-то приходит конец. Народная мудрость Глухой шум кладбищенских деревьев не похож на рокот дубрав или лесной шелест, все тут лепечет и жалуется на особицу, но и здесь есть своя особая красота и настроение, особенно осенью, когда все кладбище завалено ворохами листьев и смуглыми камешками каштанов. В этот погожий осенний день кладбищенская элегия оказалась нарушена. Живая цепь из работников милиции окружила старинный некрополь, и вежливый товарищ в штатском просил родственников и посетителей приехать в другой день. По главной аллее кладбища двигалась чинная процессия из хорошо одетых и сдержанно печальных людей, но на этот раз никого не хоронили, а, наоборот, намеривались произвести эксгумацию, то есть достать и отобрать у земли ее законную добычу. Само собой, что некоторые несознательные из понятых норовили разбрестись, но рослый человек, с характерным прищуром стрелка и монументальной выправкой кремлевского часового, укоризненно качал головой и ласково направлял слабонервных обратно в колонну. В его нагрудном кармане поскрипывало удостоверение полковника МВД, но

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В первые дни войны к ним добавились портреты Суворова и Кутузова. Политическая карта мира закрывала почти всю торцевую стену.

В глубине комнаты, у занавешенного окна, помещался рабочий стол, заваленный документами, бумагами и картами. Здесь стояли черные телефоны ВЧ и светлые – внутренней связи.

На кушетке, рядом со столом, накрывшись потертым, прожженным в нескольких местах верблюжьим одеялом, спал пожилой человек, почти старик. Он хмурил густые брови, и губы его обиженно дрожали. Этот тяжелый и смутный сон всякий раз тревожил и огорчал его.

Впервые он увидел этот сон перед самой войной. Он шел по дороге среди необозримого хлебного поля, и белая, теплая пыль щекотала ступни. На придорожном камне сидел косматый старик в черной распоясанной рясе. Длинные волосы и борода струились по ветру. Старик озирался вокруг, пока не заметил его, уже не вождя, не Верховного,

а простого путника, одиноко бредущего по полю.

– Здравствуй, отец. Ты знаешь, кто я? – спросил он у старика.

– Ты сын Кеке Джугашвили и того молодого священника из Гори? Помнишь, он помог устроить тебя в духовное училище? Как! Разве ты не слыхал об этом?

– Ты врешь, старик! Про нас болтали всякое… Но я не Джугашвили, я – Сталин! Слыхал о таком?

– Слыхал, будь спокоен, и того священника я хорошо знаю. Только мало мне радости от этого, сынок. Будь моя воля, никогда бы к тебе не пришел. Вот смотри, все ноги стер, пока добирался…

Старик стянул с ноги сапог и потрусил его: на землю посыпалось золотое полновесное зерно.

Потом он снял другой сапог, и в придорожную пыль вылилась темная густая кровь.

–

Берегись… В этот год будет небывалый урожай и будет страшная война!

За окном настойчиво и страстно ворковал голубь, скреб лапками о жестяной карниз. Сталин нехотя очнулся, стряхнув наваждение, посмотрел на часы: он проспал совсем немного. Совещание в Ставке, где обсуждали план Берлинской операции, закончилось в четверть шестого утра, а на двенадцать у него уже была назначена встреча с генералом Седовым. Этот красивый сдержанный военный отвечал за секретные вооружения и, номинально подчиняясь Берии, пользовался особым доверием Сталина.

До прихода генерала оставалось минут сорок, и он позвонил, чтобы принесли стакан крепкого, черного чая. Раскурив трубку, он достал из-под вороха фронтовых сводок и карт потрепанную книгу в сером перелете. Это был зачитанный и ослабевший в стяжках «Евгений Онегин», похожий на рябую птицу, раскинувшую крылья. Он читал этот роман все четыре года войны. Но на этот раз он лишь немного подержал книгу в руках и решительно отложил. В то утро на его столе лежала еще одна книга: старинный трактат алхимика Сандивогиуса «Вода Воскрешения».