– Чего здесь стоять?
Андрей отлично знал, что Коля не умеет плавать,
хотя вряд ли позволит себе в этом признаться.
– Конечно, поплыли, – поддержала его Лидочка.
– Ты же знаешь, что я плаваю, как топор, – раздраженно сказала Маргарита.
– Я вас буду учить, – сказал Андрей, обрадовавшись тому, что Лидочка согласна плыть. Он надеялся на это с самого начала, потому что знал, что в отличие от прочих Лидочка – ялтинская.
– В самом деле, это неэтично, – сказал Коля. – Мы не можем оставить Маргариту одну.
– Спасибо, – сказала Маргарита и благодарно взяла его за руку. – А вы далеко не заплывайте!
Лидочка, изогнувшись назад, неожиданно выскочила из воды и резко, размашисто поднимая тонкие загорелые руки, поплыла на спине от берега. Андрей догнал ее и поплыл рядом.
– Вы не устанете? – спросил он.
– Я могу весь день плыть, – сказала Лидочка. – Я же здесь выросла.
– Меня отчим учил плавать, – сказал Андрей.
– Я его видела, – сказала Лидочка. – Он такой высокий, худой, с трубкой всегда ходит.
– Я не знал, что вы знакомы.
– Мы не знакомы, но зимой Ялта становится совсем пустая, и в ней остаются только постоянные жители. И я всех знаю в лицо, особенно если это необычный человек.
– Он ученый, ботаник, – сказал Андрей.
– Я слышала. А в самом деле у вас была императрица?
– Разве я похож на лжеца?
– А на кого похожи лжецы? – спросила Лидочка. В ней было лукавство столь близкое к наивности, что Андрей не мог, да никогда и не сможет провести между ними грань, да и сама Лидочка порой не отдавала себе отчета в том, шутит ли она либо серьезна в своей деловитой наивности.
– Лжецы носят на себе печать. Посреди лба. Как клеймо.
– Спасибо, а то мне так трудно порой разобраться, кто хочет мне добра, а кто хочет меня обмануть.
Они плыли
не спеша, море было как бы продолжением их тел и этим их объединяло.
– И вы тут всегда живете?
– Да, уже шестой год, – сказала Лидочка. – У мамы начался процесс в легких, и врачи посоветовали изменить климат. Папа перевелся сюда из Одессы.
– А как сейчас ваша мама?
– Спасибо, ей лучше.
– У меня мама тоже здесь жила, – сказал Андрей.
– А потом?
– Она умерла от чахотки, – сказал Андрей.
– Здесь? Давно?
– Давно, я был совсем маленький.
– Простите, я не знала.
– Это было давно.
– Как странно встретить человека, у которого такая же беда…
– Но ваша мама выздоровеет.
– Спасибо. Поплывем обратно?
– Давайте еще немного, – сказал Андрей. – Вон до той лодки. Посмотрим, что поймал этот чудак.
– А наши не будут волноваться?
– Волноваться можно, когда что-то угрожает.
– Волнуются, когда кажется, что есть угроза.
– Это называется – пустые хлопоты.
Вблизи лодка оказалась куда больше, чем издали, – ее черный борт навис над пловцами.






