Это был совсем небольшой кабинет, но в нем стояли хороший деревянный стол и два стула. На стенах были полки, большая лампа в колпаке из темного металла висела на цепочке прямо над столом. К кабинету примыкало помещение мастерской.
Джимми сел за папин стол. Я придвинула поближе другой стул, открыла учебники и начала делать домашние задания. В голове у меня проносились события прошедшего дня. Когда я подняла глаза, то увидела, что Джимми пристально смотрит на меня.
– Ты так и не узнала, кто это проделал с тобой? – спросил он.
– Нет, Джимми, – солгала я. – Давай забудем об этом. Все это из-за взаимного непонимания.
Я не хотела, чтобы у него возникли какие-то неприятности из-за меня.
– Взаимного непонимания? – Он покачал головой. – Все они здесь снобы. Девчонки высокомерны, а ребята ничтожества. Они говорят только о машинах и о тряпках, да о своих коллекциях пластинок. Как случилось, что этот парень Филип, сел рядом с тобой в кафетерии?
– Филип? Он подошел и спросил, все ли места заняты, – я старалась говорить безразличным тоном, хотя в мыслях считала это чудесным. – Когда он узнал, что они все свободны, он сел.
– Занятно, что вы так подружились, – глаза Джимми сделались маленькими.
– Он просто мило держался, – я и сама не была уверена в том, стоит ли доверять брату Клэр Сю, но почему-то хотела защитить Филипа перед Джимми. Филип был единственной дружественной душой в этой школе. Я думала о его губах, улыбке, его синих глазах, гипнотически удерживающих мой взгляд, когда он приглашал меня покататься в его машине. Одно только воспоминание об этом бросало меня в дрожь.
– А
теперь вот что я скажу об этом – я не доверяю ему, – внезапно заключил Джимми. – Это может быть частью какого-то розыгрыша в связи с тем, что произошло с тобой сегодня утром. Может быть, кто-нибудь заключил с ним пари, что он не сможет понравиться тебе, или что-то в этом роде. Что если он задумал что-то, чтобы оконфузить тебя?
– О, это не может быть правдой, Джимми. Он слишком милый, чтобы сделать что-то подобное! – вскричала я в отчаянии.
– Если я прав, то ты будешь горько сожалеть. Если он причинит тебе вред, – добавил он, – ему придется иметь дело со мной.
Я улыбнулась про себя, подумав о том, как хорошо иметь брата, который так хочет защитить тебя.
И тут в дверях появился папа. Теперь он не выглядел ни усталым, ни измазанным. Его руки были такими же чистыми, как утром, и не было никаких пятен на одежде.
Я ждала, затаив дыхание, что сейчас он выскажет относительно инцидента в гимнастическом зале, но если он и знал о нем, то не сказал ни слова. Папа не показал вида, что заметил, как было измято мое платье.
– Ну? Как прошел ваш день, дети? – спросил он. Папа улыбнулся мне и взлохматил мои волосы. Я взглянула на Джимми.






