Наши представления, надо сказать, были довольно-таки завиральными, поскольку все говорило за то, что Барьер скорее всего преодолеет нас. Но действовать
тем не менее было нужно. Когда человеку необходимо, просто-таки необходимо совершить невозможное, он волей-неволей начинает строить иллюзии, причем других считает неисправимыми мечтателями. Я разработал стройную теорию специально для того, чтобы противостоять трем неисправимым мечтателям.
Именно мы четверо составляли ядро экспедиции; все прочие члены экипажа относились к обслуге. Наш шкипер, капитан Стив, неплохо соображал во всем, что касалось управления кораблем и доставки его к месту назначения, а все остальное ему было решительно до лампочки. Я никогда не ворчал, как некоторые, по поводу того, какой плохой нам достался шкипер. Капитан Стив делал свое дело, а что еще от него требовалось?
Над нашим чернорабочим можно было потешаться в течение получаса, а потом хотелось только смыться от него подальше. Пришибленный он был какой-то, с несоразмерно огромной головой. А в левой ноге у него, похоже, застряла пружина. Я думаю, что давным-давно кто-то так его покалечил, что с тех пор ни один человек не мог свыкнуться с его физическими недостатками. Мы все, как правило, теоретически понимаем, что невежливо таращиться на чужое уродство, и после встречи с подобным человеком мы легко забываем, что видели нечто из ряда вон выходящее, но никогда не можем избавиться от неприятных ощущений во время разговора. Я вообще-то считаю, что мы вполне могли бы обойтись без чернорабочего. Не уверен, впрочем, что я считал бы так же, доведись мне выполнять всю его работу самому, но некоторые другие члены экипажа меня бы хорошо поняли. Прогресс прогрессом, но людям всегда придется перетаскивать тяжести, убирать помещения, заделывать всяческие прорехи. Короче говоря, обезьяну нашу звали Нильсом Блюмом, и никто на него, в общем-то, внимания не обращал.
Еще у нас была безработная — девушка из Девотряда. Знаете, что такое Космический Девотряд? Я не тех безработных девок имею в виду, что сшиваются в космопортах. Наша была безработной в том смысле, что на борту у нее не было определенных занятий. Честно говоря, вид у всех этих, из Девотряда, отвратный. Понятно, что внутри космической жестянки нет смысла носить приличную одежду, или соблюдать изящные манеры, или пользоваться дорогими духами. Соблазнять на корабле никого не приходится; время само делает свое дело. От девчонок требуется только быть чистенькими и ждать своего часа. Все они толстокожие и соображают туго; особо тонкими им при их профессии быть не приходится, от этого одни неприятности.






