— Хотела бы я быть такой же независимой, как она!
— Очевидно, что девица настолько вскружила голову бедному Наследнику, что теперь вертит им, как захочет, — высказался Камилли.
— Интересно, что это за дети с ней были? — задумался Урджин.
— Навернийцы, все до последнего, — ответил кузен. — И весьма перепуганные.
— Странно. На Навернии давно не ведется военных действий. Может, повстанцы?
— Ты знаешь, Урджин, я восхищен этой особой. Было видно, что скрутило ее очень сильно, но она и слезинки не проронила, а потом еще и ушла с гордо поднятой головой, будто от этого зависела ее жизнь.
— Похоже, она действительно сильная женщина. Огорчает только одно: мы здесь сидим в одиночестве, скорее всего, из-за нее.
— Думаешь, что Стефан собирается к нам с ней заявиться? — возмутилась Сафелия.
— Если честно, сестра, я в этом не сомневаюсь.
— Этого еще не хватало! Я тут кисну из-за какой-то полукровки без роду и племени, а затем еще и почести ей приносить буду?
— Будешь, если придется. Мы здесь и так не очень-то желанные гости,
если и ты еще фокус какой-нибудь выкинешь, я лично тебя выпорю.
— Ха! Я наследница Великого трона Доннарской Империи и перед фаворитками склоняться не буду!
Сафелия задрала кверху свой маленький носик и скрестила руки на животе.
— Камилли, — обратился к брату Урджин, — а как она из себя, эта знаменитая особа?
— Если честно, я только и разглядел, что эти необычные глаза и остриженные до плеч волосы. Потом Стефан ее заслонил, а затем она и сама в плаще спряталась.
Вдруг царивший вокруг шум резко оборвался. Без какого-либо объявления в церемониальный зал вошли двое. Один из них был Стэфан, облаченный в облегающий черный костюм, скорее предназначенный для полетов, нежели официальных встреч. Коротко остриженные волосы пшеничного оттенка торчали в разные стороны, создавая впечатление полного беспорядка. Темные густые брови будто нависали над светящимися ярко-синими глазами. Черты лица суровые, но все же именно они придавали ему столь неотразимый вид.
Сафелия задержала дыхание, вглядываясь в этого привлекательного молодого человека. Затем она обратила внимание
на фигуру в черном плаще, которая шла подле него, опираясь о его руку. Женщина, казалось, парила над полом. Тяжелый капюшон ниспадал на лицо, скрывая все его черты.
В то время, как наши молодые друзья поднялись со своих мест, дабы поприветствовать делегатов, все остальные, не успев оторваться от стульев, припали к полу.
Двое подошли к столу и остановились напротив даннарийцев. Женщина одним изящным движением руки откинула капюшон назад и подняла свои глаза на гостей. Урджин не смог оторваться от них. Синие воды, манящие окунуться в свою глубину и таящие в себе явную опасность поглощения этим океаном, смотрели прямо на него.






