— А как насчет тебя? Соблазнение-то было взаимным, насколько я припоминаю.
«Вот, значит, что это такое!» — Он весьма удачно и зло передразнил ее. — Почему ты не сопротивлялась, Эш?
Эш казалось, что она сейчас сгорит от ярости и стыда. Она попыталась найти подходящий ответ и нашла его. Сейчас она была готова солгать.
— Ну, мне мои юристы посоветовали заняться с тобой любовью, — ответила она.
Он моргнул, потом оторопело
посмотрел на нее.
— Прости, не понял?
— Мой адвокат сказал мне, что ты можешь действительно подать в суд насчет Расти и наделать кучу неприятностей. Ну, вот он и посоветовал мне всячески ублажать тебя. — Она пожала плечами. — Я его послушалась.
Тишина, последовавшая за ее словами, внезапно испугала ее. Маленький мускул на его щеке подергивался.
— Прекрасные же у тебя юристы, — заметил он слишком спокойно и вежливо.
Эш показалось, ей никогда еще не приходилось встречаться с такой холодностью, с таким презрением.
— Просто позор, что ты не можешь думать самостоятельно. — Слова звучали оскорбительно. — Может, тебе бы и понравилось.
Она молчала.
— И не трудись вышвыривать меня вон, — добавил он. — Я уже и так сыт по горло местной дикой природой.
И ушел.
Глава 14
Эш швырнула ему вслед пучок мокрых водорослей. Он с хлюпающим звуком шлепнулся на землю. Джейк не обернулся.
Но через плечо бросил:
— Пора повзрослеть, Эш.
Его фигура становилась все меньше и меньше, пока совсем не исчезла.
В конце концов, Эш пришлось вернуться домой. Машины Джейка у дома не было. Дом казался странно заброшенным. Впервые ей не захотелось туда заходить. Он так долго служил ей убежищем. Но теперь, глядя на него с террасы, она подумала, что он превратился в тюрьму. Причем одиночную тюрьму. Без Джейка дом был пуст.
Она скоро убедилась, насколько он ей все испортил. Хуже всего чувствовала она себя в спальне. Она крутилась, вертелась на кровати, но стоило
ей закрыть глаза, видела лишь Джейка. Тогда она встала и запахнулась в брошенный им халат. В нем она отправилась в свою бывшую спальню и легла на постель, с которой он снял простыни. Впервые, положив голову на подушку, она не ощутила тени тех пустых ночей с Питером.
Она поняла, что почти забыла их, равно как и обвинения Питера. Забыла даже его ужасную, парализующую волю холодность. Это ее потрясло. Она села, обхватила себя руками. Значит, все, наконец, прошло? Сожаление, чувство вины. Неужели их сожгла единственная ночь с Джейком?
Некоторым образом эта мысль ужасала ее. Джейк заставил ее почувствовать себя женщиной, не нежеланной девочкой-невестой, полученной в уплату за крупную сделку, но женщиной, которую он хотел и почти любил.
Если бы только он не использовал ее в своих целях.
— Нельзя иметь все, — цинично сказала она себе. — По крайней мере, что-то ты все же получила.






