Джон что есть силы пнул левую дверь, но ее заклинило. Самолет набирал скорость, быстро теряя высоту. Джон ругался последними словами и продолжал колотить ногой в дверь.
— «Браво-Танго-Оскар», «Браво-Танго-Оскар»…
Филлипс развернулся, с трудом натянул парашют и вытянулся поперек двух кресел. Он заколотил в дверь обеими ногами, истошно вопя и усилием воли заставляя ее открыться. Самолет падал уже почти вертикально. В стекло кабины была видна стремительно приближающаяся земля, каменистая, заросшая лесом. Джон подобрал ноги так, что колени уперлись в подбородок, и нанес последний, отчаянный удар. На этот раз в двери что-то щелкнуло, и она распахнулась.
Филлипс торопливо перелез через кресло, выпрыгнул из самолета и дернул за кольцо. С громким шелестом шелка и хлопком воздуха парашют раскрылся у него над головой. Падение резко замедлилось.
Самолет врезался в горный склон совсем рядом и взорвался. Ударная волна подбросила парашют вверх. Джон пролетел над вершинами деревьев и оказался над маленькой поляной. Там он и приземлился. Парашют медленно накрыл его огромным саваном. Над лесистым склоном горы поднялись столбы белого дыма. Фигура под парашютом зашевелилась. Джон был жив.
Эпилог
Багамские острова, Карибское море
Высокие пальмы, обрамляющие побережье, покачивались от нежного бриза, задувшего над Багамскими островами в начале зимы. Длинные вечерние тени тянулись в глубь суши к просторному одноэтажному частному дому, взгромоздившемуся высоко над золотыми песками Карибского моря. Сверкающие краски тропического сада, окружающего дом, потускнели в лучах заходящего солнца.
Окна просторной гостиной выходили на огромный бассейн. За ним до самого горизонта простиралось бескрайнее Карибское море. В дальнем углу комнаты в кожаном кресле сидел мужчина, устремивший взгляд на идиллическую картину. Он нарочито медленно поднял высокий стакан, затейливо украшенный тропическими фруктами, и залпом его осушил. Прежде чем мужчина успел поставить на столик пустой стакан, к нему подскочил слуга-багамец в накрахмаленной белой сорочке и черных брюках. В руках он держал изящный серебряный поднос, на котором стоял новый коктейль. Владелец дома, не оборачиваясь, протянул руку и взял стакан с подноса.
Другой рукой он нащупал пульт дистанционного управления, включил широкоэкранный плазменный телевизор и развернулся лицом к нему. Начиналась программа «Ньюс-копи», поступающая из Соединенных Штатов по кабелю. Джон никогда ее не пропускал. Это стало одним из главных моментов в распорядке дня, своеобразным ритуалом, которого он всякий
раз дожидался с нетерпением.
Пенни Джордан недавно начала работать в этой программе.






