— И что с того?
— А то! — гневно бросил Болдуин.
Он тут же опомнился, взял себя в руки, однако его шепот по-прежнему был наполнен тревогой:
— Если твой замысел увенчается успехом, то ты всего за десять минут взвалишь на банк ответственность за десять миллиардов долларов! Помилуй бог, зачем тебе такой риск?
— Именно этим и занимается наше отделение. Всегда идем на риск, — Джон улыбнулся, его веселило встревоженное лицо друга. — И я принесу в десять, а то и в пятнадцать раз больше денег банку — я уж не говорю про свой карман, — чем если бы играл по обычным правилам. Как тебе нравится прибыль в семьдесят-восемьдесят миллионов долларов вместо пяти-шести?
Оглянувшись на дверь, Роберт укоризненно покачал головой.
— В том-то и проблема. Ты можешь думать только об успешном варианте. Однако моя работа состоит в том, чтобы предвидеть последствия неудачи. В данном случае я считаю, что наш банк будет скомпрометирован, а для тебя это станет полным концом. Я только никак не могу понять, почему этого не видит совет директоров.
Пожав плечами, Джон опустил взгляд на мониторы.
— Роберт, все будет хорошо. И именно потому, что мы сможем провернуть сейчас эту операцию, мы должны ее провернуть. Это называется «ловить момент», мой друг.
Болдуин понимал, что все доводы тщетны.
— Замечательно. В любом случае, теперь это не моя
ответственность. Если Джонстону удалось получить одобрение совета директоров и вам даже подыскали партнера — одному богу известно как, — не мне становиться на пути такой махинации.
— Махинации? Давай обойдемся без мелодрамы. Правила существуют для того, чтобы их выгибать. Обрати внимание, я не сказал «ломать» — только выгибать.
Болдуин не сдавался.
— Ты ведь сознаешь, как сильно изменился мир после трагедии одиннадцатого сентября. Порой мне кажется, ты просто никак не можешь взять в толк, что на дворе уже не девяностые годы.
— Ошибаешься. На самом деле ничего не изменилось. Мы по-прежнему являемся частью все той же пищевой цепи. Хищники никуда не делись, и чем ты ниже находишься, тем меньше шансов остаться в живых, — Джон повысил голос и начал жестикулировать, подкрепляя свои слова. — Подобно акулам, нам нужно непрерывно находиться в движении. Остановишься — и тебе конец.
— Быть может, твоя позиция осталась прежней, Джон, однако позиция банка изменилась. Будь осторожней, незаменимых людей нет. Это относится даже к тебе. Старина, потом не говори, что я не предупреждал.
С этими словами Болдуин повернулся и отошел.
Джон задумчиво смотрел, как Роберт Болдуин пробирается через лабиринт столов. Этот выпускник Уортонского университета входил в руководство Банка Манхэттен и пользовался всеобщим уважением. К его мнению прислушивались. Редчайший случай — он неизменно ставил интересы
банка превыше собственных.






