Раз и навсегда.
– Господи… Надо…
– Вам никто не поверит. Это всего лишь ДТП. Одному Богу известно, кто в это все замешан помимо Косгрова. Вы отлично отработали в Оксфорде. Но остается еще Гайд-парк. Думаю, он ударит именно там.
– Снайпер?
– Нет. Вряд ли. Там плохие
места для снайпера. Деревья, дороги с интенсивным движением. Кстати – не перекрывайте движение, пусть машины едут.
– Почему?
– Потому что от движения машин образуются воздушные волны, причем непредсказуемые. Если стрелять больше, чем на тысячу метров, – для пули эти волны будут чувствительны. Хотя… зависит от винтовки. Как я понимаю, накрыть колпаком не удастся…
– Нет.
– Тогда вот что. Поставьте рядом с ним двоих ребят со щитами. У вас есть щиты, замаскированные под кожаные папки?
– Да, есть.
– Машину подгоните прямо к трибуне, как можно ближе, и держите ее наготове, если придется срочно уносить ноги. Сделайте еще вот что. Возьмите несколько светошумовых и дымовых гранат, свяжите в сеть. По сигналу – взрывайте.
– Вы с ума сошли? За это меня просто уволят.
– Отнюдь. Это ослепит снайпера, а дым закроет цель. Иначе
не получится. Еще. Как можно дальше оттесните британцев от президента, все, что можно перекрыть, перекройте своими людьми. Доверяйте только своим людям, он может проникнуть в охраняемый периметр с документами полицейского.
Марианна кивнула в знак согласия.
– Еще мне нужен тактический переговорник с вашей частотой.
– Это я вам дать не могу.
– Тогда хотя бы назовите частоту, на которой вы будете работать завтра. Я сделаю простейшее устройство, нажал кнопку – и на вашей частоте раздастся сигнал тревоги. Как только вы его услышите, хватайте президента в охапку и сваливайте оттуда со всех ног. Понятно?
Немного подумав, Марианна частоту назвала. Русский кивнул, показывая, что запомнил.
– Меня за это точно уволят.
– Не думаю. В крайнем случае, вы можете заменить Первую леди. Вы неплохо смотритесь с президентом.
Русский наклонился к самому ее уху.
– Я снял номер в гостинице как представитель прессы. Двадцать три, на втором этаже. Дверь не будет заперта.
Прежде чем Марианна придумала,
что ответить на такую дерзость, русский развернулся и пошел обратно в шумящий, плывущий по волнам Шуберта зал…
Самая большая проблема встала перед ней поздно вечером. И проблема эта называлась «Номер двадцать три на втором этаже, не заперто». Надо отдать должное, Марианна Эрнандес колебалась в своем решении без малого час. Но потом все же приняла его.
Хуже, чем сейчас, все равно не будет…
03 августа1996 года.
Великобритания, Лондон.
Гайд-парк, уголок оратора
Как я уже упоминал, Британия жила и живет традициями. Традиций этих столько, что все их сразу и не упомнишь – я, например, после четырех лет жизни здесь под прикрытием, и то не был уверен, что знаю их все.






