Лайан двинулся по проходу между кроватями. Солдат встал и нерешительно преградил ему дорогу.
– Полковник приказал никого не выпускать, – сказал он.
– По милости твоего полковника мы оказались в ловушке, – ответил Лайан. – Если сейчас же что-то не предпринять, мы погибнем.
– У меня приказ, сэр.
– Ну и выполняй свой приказ. Я не собираюсь выходить из палатки. Я еще не сошел с ума.
Солдат медлил, с сомнением глядя на Лайана. Наконец, он кивнул.
– Хорошо.
Лайан пошел дальше. Стены госпиталя ходили ходуном. Просто чудо, что палатку еще не сорвало с места. Она выгибалась, словно парус; тонкие металлические столбы раскачивались и скрипели. Лайану было страшно. Страшно, как еще никогда в жизни. Для него, как и для многих, смерть была абстрактным понятием – чем-то из будущего. Чем-то неконкретным. А теперь она обрела форму. Она ходила рядом, заглядывая в окна, и ждала. Лайан
мог чувствовать ее как что-то большое и темное с горящими белыми глазами.
Он подошел к выходу и осторожно выглянул наружу.
Ветер чуть не сбил его с ног, заставив на секунду задохнуться. Вокруг не было видно ничего, кроме серой пелены песка, который сразу же забил глаза и рот. В нескольких ярдах от палатки, словно призрак, маячила белая вышка, а немного в стороне от нее тускло светились две фары. Лайан обернулся назад.
– Здесь есть фонарь?
Он увидел Стентона и молодого санитара. Они стояли рядом с Чарли и смотрели на него.
– Нужен какой-нибудь помощнее.
– Виктор, принеси ему, – распорядился Стентон.
Санитар скрылся за брезентовой перегородкой и через несколько секунд появился вновь, держа в руке большой фонарь с широкой линзой. Он вопросительно посмотрел на Стентона.
– Неси сюда, – сказал Лайан.
Виктор немного помедлил, собираясь с духом, и подошел к нему.
Лайан включил лампу и стал размахивать фонарем в стороны. От стоящей у вышки машины никакой реакции не последовало. Он продолжал сигналить еще несколько минут, но ничего не добился. Лайан вернул фонарь санитару и отошел от выхода, стряхивая с себя песок.
– Что там? – спросил Чарли.
– Почти ничего не видно – там снаружи настоящий торнадо.
Солдат встал и направился к выходу. Остановившись на пороге, он осторожно выглянул наружу.
Они собрались у кровати Чарли, обступив ее со всех сторон, словно члены религиозной секты у алтаря: Лайан, Стентон, солдат («Крис Верхович», – представился он) и Виктор. Брезентовые стены раскачивались вокруг них, то втягиваясь внутрь, то выгибаясь, как огромный мыльный пузырь. Бледные лица, опущенные руки – люди, почувствовавшие физическую близость смерти.
– Надо
что-то делать, – сказал Стентон. – Здесь нельзя оставаться.
– Полковник послал Роя за машиной, – отозвался Крис.
– Я ее видел. Она стоит рядом с вышкой с включенными фарами.






