ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Детский сад, Автор - Райман Джефф, , Жанр - Научная фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Детский сад Райман Джефф Детский сад, Автор - Райман Джефф, , Жанр - Научная фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Предисловие Победная поступь медицины (Культура вирусов) МИЛЕНА КИПЯТИЛА ВСЕ ПОДРЯД. Она панически боялась заболеть. Она всегда кипятила ножи и вилки других людей, если хотела их использовать. И другим людям это часто не нравилось. Режущие изделия делались из твердой резины, которая от такой обработки часто плавилась. После этого ножи уже нельзя было использовать. Зубцы у вилок начинали топорщиться куриными лапками, скукоживаясь на манер высохших старых перчаток. На улицу Милена выходила исключительно в перчатках, причем по возвращении кипятила и их. Поковырять пальцем в ухе или носу она не позволяла себе никогда. В душных, пахнущих, переполненных автобусах Милена задерживала дыхание — иной раз так, что голова шла кругом. Стоило кому-нибудь кашлянуть или чихнуть, как она тут же закрывала себе лицо. А чихали люди постоянно, и зимой и летом. Они болели всегда — потому что у них были вирусы. Убеждения были инфекцией. Достижения медицины привели к тому, что приемлемые модели поведения можно было подцепить от соседа или привить по решению Партии. Вирусы делали людей жизнерадостными, чуткими и честными. Благодаря вирусам у людей появились безукоризненные манеры, эрудиция и краснореч

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ну, разве что на Кладбище прогуляйся.

Это что, из разряда вампирских шуток, что ли? Милена глянула на Сциллу, чуть сузив глаза: жизнь научила ее пробовать юмор на зуб.

— Да, на Кладбище, — повторила Сцилла с нажимом, словно упрекая собеседницу за невежественность. — Туда всякое старье сдают, за ним вроде никто и не следит.

— То есть можно вот так пойти и взять, что ли? Без согласования с режиссером?

— Ну да. Есть там один старый склад, под мостом.

Сцилла стала объяснять, как туда добраться, и тут к столику, шаркая, подошли еще двое Вампиров, в одежде а-ля двадцатый век: на нем черный смокинг, на ней черное платье с люрексом. Похоже, что партийные, или, как говорили в народе,

Противные.

Юноша для показной солидности носил очки,

а в нос себе вставил что-то, от чего ноздри чуть заметно трепетали. Волосы гладко прилизаны, а щеки присыпаны зеленоватой пудрой, чтобы лицо имело нездоровый вид.

— Добрый, э-э, вечер, — произнес он чопорно, с нарочито американским прононсом. — Мы только что кое-как сумели улизнуть от Вирджинии. Бедняжка весь вечер занимается тем, что перечисляет, чем именно Джойс плох как писатель. При этом зависть ее столь очевидна, что мне стало неловко.

Его спутница туманно улыбнулась из-под своей широкополой шляпы, напоминающей вазу.

— Том? — спросила она томным голосом (юноша стоял к ней спиной). — Я, кажется, к вам обращаюсь! Том, вы что, не слышите? Том!

— Томас и Вивьен Элиот! — воскликнула Сцилла, этим явно доставив парочке удовольствие. — Нет, вы видели? Ну просто вылитые! — Юноша и девушка явно не хотели выходить из образа.

«А своего-то в вас хоть что-нибудь

осталось?» — подумала Милена.

— Не припомню, имел ли я удовольствие быть с вами знакомым? — обратился к ней юноша, церемонно протягивая Милене руку. У Вампиров этот жест сходил за приветствие. Юноша пожелал узнать, кого Милена изображает.

— Я-то? — переспросила Милена с глухой неприязнью. Протянутую руку она демонстративно не заметила. — Да так. По жизни была швеей-мотористкой, в Шеффилде девятнадцатого века. Померла в двенадцать лет. И упыриха из меня так себе. Клыков нет, одна экзема с рахитом.

Вампиры, поскучнев, отчалили.

— Эк ты их! Как ветром сдуло, — одобрила Сцилла.

— Сдуло так сдуло, — вздохнула Милена. Ну почему мне все не по нутру?

— Сцилла, со мной что-нибудь не так? — спросила она вслух.

— Да ну тебя! — буркнула та. — Просто ханжой не надо быть. И упертая ты какая-то, — добавила она, помолчав. И, как бы сглаживая остроту замечания, пропела: — Ла-ла-ла-а. — Это было совершенно ни к селу ни к городу, будто любое чувство можно переложить на песенный лад.

— Упертая, говоришь? — переспросила

Милена; стрел самобичевания в ее колчане прибавилось.

— Ты все еще эту вилку моешь, — заметила Сцилла. — Мои-то все уже переплавила.