В стае оказалось не меньше тридцати волков. Потом, когда Чень Чжэнь подробно рассказал Билигу об этом случае, старик, смахнув указательным пальцем со лба холодный пот, усмехнулся, что у волков, по-видимому, в тот момент было нечто вроде партийного собрания, потому что на противоположной стороне горы как раз пасся табун лошадей, и вожак строил диспозицию для внезапного нападения на него. К счастью, эта стая была не голодной, ведь если шерсть на волке светится, значит, волк сыт.
Чень Чжэнь к тому моменту уже почти потерял сознание. Его голову наполнил слабый, но ужасный звук, похожий на вибрирующий свист, который издаёт высокопробный серебряный юань, когда на него дуют, проверяя на чистоту. Этот звук наверняка издавала его душа, пытавшаяся выбраться наружу. Чень Чжэнь почувствовал, что жизнь на несколько секунд остановилась. В тот отрезок времени он представлял собой бренное тело, почти лишённое души, состоящее только из мяса и костей. Потом, много позже, вспоминая этот случай, Чень Чжэнь не раз в душе благодарил старика Билига и его лошадь. Она не дала ему упасть, а все потому, что была опытной, она пережила много столкновений с волками.
Когда беда была уже близка, к лошади вернулось самообладание. Она притворилась, что не видит волков или же просто не желает беспокоить волчье «партсобрание», и продолжала по-прежнему двигаться вперёд тем же шагом. Лошадь шла выпрямившись, ровно и тихо, не впадая в панику, и прочно удерживала в седле временного хозяина, как будто на выступлении в цирке. Так они въехали в волчьи владения.
Возможно, именно благодаря храбрости и мудрости лошади душа Чень Чжэня передумала и вернулась в тело, а может быть, на Небе она вдруг получила так необходимую ей любовь и ласку, которые смягчили её и вселили веру и спокойствие. После того как душа Чень Чжэня снова возвратилась в материальную оболочку, он обрёл силы и стал на удивление хладнокровен.
Чень Чжэнь с силой оперся на лошадь, чтобы сесть поровнее. Он, по примеру животного, собрал всю оставшуюся смелость, выпрямился и притворился, что не видит волков, хотя всем своим существом ощущал их близость. Чень Чжэнь знал, что несколько десятков метров, которые отделяли волков от него, они могли преодолеть всего за считаные секунды, ведь волки монгольских степей иногда развивали просто фантастическую скорость. Человек и лошадь всё ближе и ближе подходили к стае. Чень Чжэнь хорошо понимал, что нельзя проявлять малодушие. Только в этом случае сохраняется зыбкая надежда остаться в живых при встрече со степными убийцами.
Чень Чжэнь почувствовал, что вожак стаи вытянул шею, чтобы осмотреть склон горы, откуда они спустились, остальные волки тоже последовали его примеру. Было очевидно, что свирепые убийцы ждали приказа своего вожака.






