Рунический алфавит является самым ранним алфавитом Северной Европы (применялся германцами с III века до н. э.).
— Дальше я вас не провожаю. Море нельзя оставить без наблюдения, вернусь на скалы. Следуйте по этой каменной дороге, она приведет вас к Хеороту. Там встретитесь с королем. — Он улыбнулся. — Это королевская дорога, она построена в лучшие времена.
— Спасибо тебе за помощь, друг, — сказал Беовульф.
— Гаут, знай, что монстр наш скор и силен.
— И я скор и силен.
— Да, но и другие скорые и сильные брались его победить. И все они погибли. Все. А были они добрые воины. Я не думал, что найдется еще герой, готовый рискнуть жизнью за королевское золото.
Беовульф глянул через плечо на Виглафа, потом снова на постового.
— Если мы умрем, то не за злато, а за славу.
Страж тронул поводья своего коня и проскакал мимо гаутов в обратном направлении. Но вдруг развернулся и крикнул Беовульфу:
— Чудовище убило моего брата. Убей его за меня.
— Мы отомстим за твоего брата. Клянусь.
И скильдинг галопом понесся обратно на свой пост. Его лошадь застучала одетыми в железо копытами по каменному мощению дороги, а лошадки Беовульфа и его попутчиков — по дереву моста.
«Могильно-серый
день», — подумал король Хродгар, хмуро вглядываясь в сердитое море и представляя себе серые одеяния Хель
[33]
, правительницы нижнего мира, ее серые всасывающие глаза, которые доведется увидеть всем, не погибшим в бою или во время иного славного подвига, всем, кто позволил себе слабость угаснуть в каменной крепости. Ибо даже храбрец, в дни молодые победивший дракона, может умереть старцем и оказаться в Эльюднире, промозглом чертоге Хель. Хродгар погрузился в свои мрачные мысли, он не глядел на Унферта, считающего за столом золотые монеты и иные ценные изделия и предметы. Какой закоулок Нифльхейма уготован им обоим? Врата царства Хель виделись ему в ночных кошмарах, в которых он преследовал монстра Гренделя, снова и снова догонял его, и всякий раз чудовище отказывалось с ним драться, не давало умереть смертью героя.
33
Хель — дочь Локи, хозяйка подземнего мира, царства мертвых (также называемое Хель), в которое попадают те, кто не погиб в бою; обитатели Хель обречены на медленное мучительное исчезновение.
Безрадостные мысли короля прервали шаги и голос Вульфгара. Король отвернулся от окна.
— Государь мой, прибыли воины. Гауты.
Славные воины, не какие-нибудь оборванцы, а вождь их Беовульф…
— Беовульф? — перебил герольда Хродгар. — Малыш Эггтеова?
Услышав имя Беовульфа, Унферт перестал считать монеты и повернулся к Вульфгару.
— Ну, сейчас-то он, знамо дело, уже не малыш, — продолжил Хродгар, пытаясь осмыслить новость. — Но я его малышом видел. Уже тогда силен был. Да! Беовульф! Давайте его сюда! Зови, Вульфгар.






