Вместо него нам предстояло лезть в круглый дистанционно управляемый люк, куда как раз мог протиснуться Арсибальт или троанский солдат в тяжелой экипировке. Люк распахнулся, и мы встали перед ним в очередь.
— Средство устрашения, — фыркнул Джезри, кивая на колоссальный шаровой клапан. Я знал этот тон: Джезри досадовал, что не с ходу разгадал простую загадку. Наверное, у меня стало удивлённое лицо, потому что он продолжил: — Ну, подумай. Зачем праксисту ставить здесь шаровой клапан, а не какой-нибудь другой?
— Шаровой клапан работает даже при большом перепаде давлений, так что командование может эвакуировать Стержень, разгерметизировать его, а потом открыть клапан и уничтожить целый орб. Ты об этом?
Джезри кивнул.
— Фраа Джезри, твоё объяснение необоснованно цинично, — заметил слушавший нас Арсибальт.
— О, я уверен, что есть и другие причины, — ответил Джезри, — и всё равно это средство устрашения.
Один за другим мы по лестнице преодолели шлюз: первый люк, короткую вертикальную трубу, затем второй люк — и собрались на следующей кольцевой площадке внутри вертикальной шахты, уходящей на тысячу двести футов «вверх» к Стержню. Я поискал глазами кнопочную панель: она оказалась в точности там, где я её помнил.
Лио первым выбрался из шлюза и теперь надевал на глаза какую-то толстую повязку. Жюль выдавал такие же каждому поднимавшемуся на площадку.
— Зачем? — коротко спросил я.
— Чтобы тебя не затошнило от иллюзии Кориолиса, — сказал он. — А на случай, если всё-таки затошнит… — Он вручил мне пакет. — Памятуя, сколько ты съел, возьми-ка лучше два.
Прежде чем надеть повязку, я последний раз огляделся. Нам предстояло лезть по пугающе высокой лестнице. Однако я знал, что «гравитация» будет уменьшаться по мере подъёма, так что от нас не потребуется таких уж больших усилий. Тем не менее, приближаясь коси, мы будем испытывать дезориентирующие инерционные эффекты. Отсюда и забота, чтобы нас не укачало.
Я взялся за нижнюю перекладину.
— Не торопись, — предупредил Жюль. — После каждого шага останавливайся и жди, чтобы
ощущения выправились, прежде чем делать следующий.
Лестница была заключена в цилиндрическую сетку, что ограничивало возможность падения. Я полез медленно, как советовал Жюль, прислушиваясь к движениям Лио впереди. С какого-то момента перекладины стали чисто символическими — едва оттолкнувшись пальцем, мы взмывали к следующей. Тем не менее троанский солдат, шедший первым, сохранял прежний неторопливый темп — он по горькому опыту знал, что тот, кто взбирается слишком быстро, скоро схватится за пакет.
Я думал о кодовом замке.






