ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Потоп, Автор - Черкасов Дмитрий Сергеевич, Серия - Рокотов, , Жанр - Боевики, Детективы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Потоп Черкасов Дмитрий Сергеевич Потоп, Автор - Черкасов Дмитрий Сергеевич, Серия - Рокотов, , Жанр - Боевики, Детективы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Пролог ЗВЕЗДА ПОЛЫНЬ Блаженный, блаженный Касьян Михайлович Боровиков. По стечению обстоятельств — депутат Государственной Думы, активнейший член одной всеядной не то партии, не та фракции. Масса грандиозных планов и замыслов, которые на склоне лет обещают обернуться реальностью. Целая пропасть замыслов. Он уже знает всю правду, но он — государственный муж. Государственные мужи считают на миллионы и людей, и деньги. Он доброхот, на прицеле у него всеобщее благо, поэтому можно не то что поступиться некоторыми принципами, но и просто не брать их в расчет. Вообще забыть о принципах. Это известная коммунистка, последняя Роза Люксембург и Клара Цеткин в одном лице, не могла поступиться принципами. И где она теперь? И где теперь тот государственный муж, который имел неосторожность раструбить о ее принципах на всю страну? «Принсипы, принсипы» — над ними посмеивался еще Тургенев. Так что — забыть. Потому что, повторимся, блаженный. Не сумасшедший, нет. Даже не маньяк. А просто военный пенсионер, обуреваемый двумя идеями. Идеи эти сверхценны — вне этих идей Касьян Михайлович не мыслит своего будущего и жизни вообще. А потому он не просто не обращает внимания на некоторых лю

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Отряд: Branchiura — Карповые вши, карпоеды. Подкласс: Branchiopoda — Жаброногие ракообразные. Подотряд Notostraca — Щитни. Семейство Triopsidae — Триопсиды… Вид — Triops cancriformis… Вид — Triops longicaudatus…

Веки смежались, Рокотов все глубже проваливался в сон. Но для надежности разыскал еще и моллюсков… Влад предпочитал брюхоногих.

Вот они, все перед ним, в цветных вариантах и разных ракурсах.

Улитки-прудовики.

Бенедикция байкальская. Раковина широкая, с узким устьем…

Затворки-мегаловальваты… Megalovalvata piligera и М. Baicalensis…

Байкалия килеобразная…

Табриза уносит, уносит смерчем… Его жаль. Но уносит смерчем и Одиночку, Краста, Серпенттегрена, Викетц, Крупса и прочих нелюдей… немоллюсков…

Байкалия широкоустная…

Байкалия Годлевского…

Байкалия… генерала Ясеневского.

Ибо эго именно он, генерал-лейтенант Ясеневский, безжалостно звонил в дверь, колотил ногой-ножищей и уже переминался на пороге, мгновенно и окончательно пробудивши несчастного Рокотова.

Влад понял, что беда все-таки стряслась или вот-вот стрясется, и час его пробил.

К нему пришли. Это все равно что «за ним».

Пришло новое непосредственное могущественное (так бывало не всегда) начальство, весьма высокое, явилось и предстало самолично, а это означало, что дело окажется не из легких.

Более того: шансы на выживание в обозримом будущем таяли на глазах.

Пришли за ним, как

приходили ночью за другими — иначе и в иную эпоху, но для Влада еще неизвестно, как хуже… Потому что ведомство — то же самое.

Может быть, куда легче было бы отправиться в какую-нибудь камеру и растянуться там безмятежно на шконке, зная, что питание и оправка уже больше не зависят от тебя… Вытолкать генерала, именуя его названиями всех недавно припомненных моллюсков, и спокойно дожидаться расстрела.

— Прости, что разбудил тебя, товарищ Рокотов, — пророкотал Ясеневский. — Позволишь ли пройти? И прошел — протиснулся, разумеется, ибо рисковал застрять в дверном проеме.

Ибо генерал был неимоверно, фантастически тучен, да вдобавок имел обыкновение везде ходить в форме, и та вечно лопалась на нем, хотя бы и сшитая на заказ. Ему не могли помочь никакие магазины «Три толстяка».

Это был законченный борец сумо, в каковом виде спорта, кстати сказать, считался не последней фигурой.

Влад, например, не рискнул бы сойтись с генералом в спортивном поединке. Вытолкать его, обзывая словами? Не смешно.

Рокотов попятился, заранее готовый повалиться на ковер и сдаться. Но чудом сдержался и пригласил генерала к столу:

— Чай? Кофе? Легкий ужин?

— Какой там ужин, — проворчал Ясеневский, который вообще, как ни странно, ел не слишком много, — Чаю покрепче. Если есть — с лимоном… Два ломтика.

— Найдем, — Рокотов преувеличенно бодро отправился на кухню, впечатленный насквозь мокрыми подмышками начальства.