В Школе Распознающих учили не тому, чем по своей природе является враг, а тому, как его обнаружить и уничтожить. Сейчас в голове кружились обрывки знаний. Тайное общество выродков использует в своих леденящих душу ритуалах ядовитые грибы, окуривая их зловонным дымом своих младенцев. Некогда воины из охраны Совета прочесывали окружающие леса, выискивая и выжигая проклятые споры, но грибы после каждого дождя вновь прорастали. Охотники встречали в лесах гирлянды сухих шляпок, надетых на оленьи жилы, служившие зловещим напоминанием о существовании секты. На эти темные гирлянды не садилась ни птица, ни муха. Казалось, все живое в Долине бежит от того, что являлось наивысшей ценностью для выродков.
Собственно, в половину историй про человеко-зверей, по ночам крадущих и пожирающих детей, наводящих болезни и мор на скот Сим не верил. Уж очень они напоминали страшные сказки. Но одно являлось неоспоримым. Что являлось бедой для людей Долины, то для сектантов величайшее благо. Вот уже несколько поколений в селениях рождение мальчика считалось праздником для всей колонии. Праздники эти были редкими, помнились долго и все чаще переходили в печальный погребальный обряд. Причина в частых смешанных браках, или род людской в целом разонравился строптивой природе, но жители Долины постепенно вырождались. Старейшины знали, что через несколько десятков лет наступит неизбежная катастрофа, но ничего не могли поделать. В то же самое время доподлинно было известно, что у сектантов дети рождаются часто, крепкими и здоровыми. Особенно мальчики.
Не так давно, еще на детской памяти Сима, шумные праздники по случаю рождения будущих воинов отошли в прошлое. Люди теперь не испытывали светлой радости, когда на соседнем дворе мать
выносила на руках, дабы подставить первым лучам солнца, розовое тельце, забавно машущее ручонками и оглашающее окрестности криками. Место этого чувства заняла в начале черная зависть, потом — подозрения. Не раз и не два подросший ребенок начинал сторониться сверстниц, принимался с пугающей настойчивостью охотиться на домашнюю птицу и скот, а потом исчезал в лесах. И не всегда родителям удавалось убедить соседей и старейшин, что карапуза пожрала Порченая стрекоза из урочища или унесла стремительная река. Несколько семейных пар в пору ученичества Сима были схвачены и доставлены в Школу Распознающих. Там, сидя в зарешеченных земляных ямах, они открывали свою звериную сущность. Видимо, сектанты действительно не могли жить без ядовитых грибов. Дней через десять, прожитых на хлебе и воде, они начинали буйствовать, кидаться на стражу, прокусывать себе вены.






