Дон оказался заядлым туристом, к тому же он обладал неуемным сексуальным аппетитом, поэтому в Америку они возвращались довольно уставшими. Но все же Кэти чувствовала себя счастливее, чем когда-либо.
Они гуляли по Риму и днем, и ночью и попробовали немыслимое количество блюд. На маленьком «фиате» они съездили в Тоскану и Умбрию, чтобы полюбоваться богатейшими памятниками культуры эпохи Ренессанса и изумительными зелеными окраинами. Наконец, они провели несколько дней в Позитано, исследуя горные ландшафты и искрящиеся водоемы. Они загорели и просто сияли от счастья. Кэти сожалела лишь об одном: за две недели она так и не прикоснулась к фортепиано, а это был самый большой перерыв с детства. Но она успокаивала себя тем, что это может подождать. Они вернутся домой, и жизнь войдет в обычное русло с одним исключением — теперь у нее есть горячо любимый муж.
Перелет из Италии в Бостон был долгим и непримечательным. Дон предложил остановиться здесь на пару дней, прежде чем брать машину напрокат до Олбани. Его мама была больна и не смогла присутствовать
на их свадьбе в Нью-Йорке. Она и сейчас плохо понимала, что произошло, но Дон чувствовал, что она будет рада их визиту.
В Бостоне они провели несколько часов возле его мамы в доме престарелых. В ее комнате, как и во всем здании, ощущался запах старых людей — смесь дешевых дезодорантов, крахмала, недоеденных вареных продуктов и слабый запах мочи. Не то чтобы это был неприятный запах, но он отчетливо давал понять, где вы находитесь.
Кэти заметила, что мама Дона, Эстелла, когда-то была довольно красивой и энергичной женщиной. Из услышанных ранее обрывочных рассказов Кэти хотела бы сложить полную историю, рассказанную ей Эстеллой, но свекровь смутилась и уставилась в пустоту. Через минуту-две она начала свой рассказ заново, на этот раз совершенно о другом. Это раздражало Дона, и некоторое время спустя он предложил уйти, однако Кэти это показалось неудобным. Она попыталась продлить знакомство с мамой Дона, которую не знала до ее болезни. Иногда Эстелла принимала Кэти за свою сестру, иногда за дочь, которой у нее никогда не было, за бывшую девушку Дона, а один раз даже за уборщицу. Сколько бы раз Дон ни повторял, что Кэти — это его красавица жена, Эстелла не могла запомнить этого. Ей очень нравился вкус трюфельного сыра, который Кэти привезла ей из Италии. Кэти каждый день приносила ей еду, и женщина принимала это с радостью.
У Кэти появилось странное чувство, что по возвращении из Италии ее обманули, и Дон, как она заметила, ощущал то же самое. Они думали,
что жизнь будет такой же, как в медовый месяц, — прогулки, осмотр красивых мест, вкусная еда и занятие любовью до рассвета. Кэти обожала теплую улыбку Дона, его одержимость историей и отличное чувство юмора.






