Я ничего не ответил, хотя моё безоблачное настроение предсказуемо быстро пошло вниз. В самом деле, жил себе беззаботно, никому не мешал, горя не знал, а тут такой «замечательный» соседушка вдруг объявился. Наверное, наша встреча не сулила ничего хорошего, и волей-неволей с этим придётся
теперь считаться. Конечно, можно было бы оглянуться и убедиться, что, по крайней мере, Дмитрий приобрёл жильё в соседнем, а не в моём подъезде, но ведь могло оказаться как раз наоборот. Поэтому лучше пока и не знать, а просто надеяться на лучшее.
Я повернул и пошёл наискосок в сторону застройки однотипными панельными домами, которые очень быстро выросли лет десять назад на просторном поле, где под высоковольтными линиями мы любили гулять с Нордом. Особенный интерес тогда представляли разложенные забавными узорами вышки, сквозь гигантские конструкции которых было очень интересно пролезать. Их постоянно меняли или просто так бросили, да забыли – уже и не вспомнить, а важно, что они всегда были там и стали чем-то само собой разумеющимся, неотъемлемым элементом района. Столбов от вышек давно уже не было, однако некое подобие узкой аллеи осталось совершенно нетронутым с тех давних времён, и именно в этом месте находился нужный мне камень, венчающий могилу друга детства.
Народ в такой чудесный осенний день, как ни странно, не спешил прийти сюда и расположиться на паре погнутых лавочек, поэтому я мог рассчитывать на отсутствие лишних свидетелей. Хотя с двух сторон, параллельно аллее, проходили дороги, и ту же машину «патруль города» вполне могла заинтересовать странная одинокая фигура человека, который что-то роет в таком месте.
Дойдя до небольшой развилки, я машинально начал отсчитывать шаги, как часто делал в детстве, когда приходил сюда побыть немного с Нордом, поделиться своими радостями и горестями, да и просто сказать, что по-прежнему очень люблю и скучаю по нему. Сколько их должно быть? Вроде пятнадцать. А если перевести на взрослый шаг? Наверное, десяток. В итоге оказалось двенадцать, и это почему-то показалось мне хорошим предзнаменованием.
Да, камень был на месте. Куда же он денется? Только теперь рядом с ним установили большую скрипучую металлическую урну, которая была доверху завалена прозрачными пакетами с мусором, явно ещё и просмотренным бомжами, неизменно выбирающими и громко плющащими ногами об асфальт алюминиевые банки. Неприятное соседство, даже обидное, но что я мог поделать? В конце концов, никто и не знал, что именно здесь похоронен Норд. Обогнув камень, я оглянулся и присел рядом, быстро заговорив свистящим шёпотом:
– Здравствуй. Вот и опять я. Извини, что так давно не появлялся.
И не собираюсь оправдываться какими-то важными делами – это недостойно и глупо. Просто почему-то получалось именно так.






