Еще один летун, человек немолодой, с сединой в густых волосах и бороде, и с длинным шарфом (вероятно, художник, сработал у меня стереотип), смотрел вокруг обновленными глазами и восклицал:
— Я всю жизнь провел, как на чужом пиру, старый дурак! И не ведал, что все открыто! В любой момент… Что ты никому ничего не должен. Боже, вот только не сверзиться бы с такой высоты.
В глазах его мелькнул страх. И хорошо, что Лукоморьев схватил человека за ворот. Тот сразу повис, моментально потеряв способность парить.
— Отпустить вас? — ласково спросил Лукоморьев.
Седобородый смотрел на него расширенными от ужаса глазами и что-то мычал.
— Нет, Баркаял! — закричала я. — Не смейте! Ведь это я позвала его за собой! Зачем вы хотите сделать меня убийцей?
— Читайте Максима Горького, папаша. — С этими словами Баркаял отпустил седобородого. Я на мгновение поймала его вконец обессмысленный взгляд, направленный куда-то за горизонт. И тело начало вращаться. Я догнала его и попыталась остановить, но невидящие глаза не оставляли сомнений: человек мертв.
— Ты забрал его душу! —
закричала я, срывая голос. — Он едва успел проснуться, а ты забрал ее!
Вода в серебряной чаше
Белые обои в белую же полоску. Белым по белому. Они блестят, как шелк. Я люблю обои своей комнаты и могу долго смотреть на них, ни о чем не думая.
— Вам надо еще многому учиться, королевна, — мягко сказал кот Василий.
Я смотрела в стену, но на этот раз не видела полосок. Перед глазами стояло застывшее лицо человека с шарфом.
— Это я позвала его за собой. И этим убила. Я могла помешать Баркаялу убить его.
— Вам надо многому учиться, королевна, — настойчиво повторил Василий и протянул руку к моему лбу.
Я ударила его по руке:
— Что ты заладил, как попугай, одно и то же? Я не хочу учиться убивать людей!
— Между прочим, я совсем не похож на попугая, — обиделся Василий.
Я прикрыла глаза.
— Покажите мне Николу.
— Какого Николу? — фальшиво удивился прохвост.
— Покажите мне Николу! — заорала я.
— Ой, только не кричите, — запричитал он. — Вы же знаете, что у котов другой слуховой порог. Вы хотите, чтобы я оглох?
— Будешь читать по губам, — сурово ответила я.
— Совсем не смешно, — вздохнул кот. И начал организовывать пространство для каптромантического гадания.
Он достал из-за уха огромную серебряную чашу. На шее появился кусок картона с кривой надписью углем: «Волшебный амулет». В чашу он налил воды из-под
крана.
— Что за «волшебный амулет», паяц? — сквозь зубы прошипела я.
Похоже, он намеревался устроить похабное представление.
— На вас, конечно, произвело бы большее впечатление, если бы я украсил свою мохнатую грудь каким-нибудь бессмысленным бриллиантом, — усмехнулся кот.






