Кэра остановилась в маленькой гостинице Уэйбриджа, однако это не принесло ей особенного облегчения, и она с горечью подумала, что лучше бы сидеть дома и экономить деньги. Куда бы она ни уехала, ее будут преследовать воспоминания о Ричарде. Даже если отправиться за тысячу миль, нельзя убежать от собственных мыслей. Такова несчастная любовь. Человек погружается в вечные сумерки, из которых нет выхода…
Проснувшись утром в номере чужого отеля, Кэра даже не стала дожидаться завтрака и с первым поездом помчалась обратно в Лондон. На душе у нее было прескверно.
«Сегодня свадьба Ричарда… — повторяла она про себя. — Сегодня он женится…»
Когда на вокзале она пересела в такси, чтобы ехать домой, ей пришла в голову мысль бросить сцену и записаться на военную службу. Например, сестрой милосердия. Может быть, надев форму, ей удастся излечиться от тоски и одиночества… Вот только беда: у нее искалечена нога! Она не пройдет медкомиссии. Кроме того, она не умеет ничего делать — только петь да играть на рояле. Всю жизнь она отдала театру… Вдобавок нельзя было забывать о беспомощных дяде и тете. Те два шиллинга в день, которые ей будут платить в армии, вряд ли помогут им выжить.
С тяжелым
сердцем Кэра передала чемодан швейцару, который еще не успел смениться с ночи. Он молодцевато ей отсалютовал и сказал:
— Вы ранняя птичка, мисс!
— Да уж, — устало ответила она.
Идя за ней к лифту, швейцар добавил:
— Вчера к вам поднялся один джентльмен, мисс. Я сказал, что вас нет, но он ответил, что подождет… Насколько я знаю, он так и не спускался.
Кэра нахмурилась. Кого еще принесла нелегкая? Она вопросительно взглянула на швейцара, но тот отрицательно покачал головой.
— Я не знаю, кто он такой, мисс. Это военный с тремя звездочками на погонах… То есть капитан, если я не ошибаюсь…
Едва державшаяся на ногах от усталости, Кэра не придала его словам никакого значения. Она понятия не имела, кому понадобилось приходить к ней на ночь глядя да еще ждать до утра.
Она достала ключ и отперла дверь. Из кухни с полотенцем в руках выглянула Бриджит. В квартире пахло кофе и свежезажаренным
беконом.
— Ах, моя госпожа! — воскликнула Бриджит. — Как я рада, что вы так скоро вернулись!
Кэра уронила на пол чемодан.
— Для кого это ты готовишь завтрак? — хмуро поинтересовалась она. — Кто меня тут дожидается, Бриджит?
Норвежка просияла и ткнула большим пальцем в направлении гостиной.
— А вот увидите! Большой сюрприз для моей госпожи.
Кэра сняла соломенную шляпку и жакет. Ей было жарко, она смертельно устала и вовсе не имела желания угадывать, что за гость к ней пожаловал. Может быть, это Пэт Уэланд, а может быть, Питер Раскин. Какому идиоту понадобилось бы ждать ее всю ночь?…
Кэра распахнула дверь гостиной.






