На этом концерте они исполнили новый шлягер «Все выше», посвященный Военно-Воздушным Силам. На Кэре был мундир пилота, и казалось, что в ярком свете прожектора она не танцует, а парит на крыльях. После выступления из первых рядов вышел молоденький летчик и под восторженные аплодисменты публики вручил Кэре изящную модель самолета. Воодушевленная девушка ощутила прилив патриотизма и решила во что бы то ни стало отправиться на фронт и выступать перед этими мальчиками, которые защищают родину. В порыве радости она тут же позвонила секретарю Бобби, чтобы тот передал мистеру Хэутону, что в назначенный срок она непременно будет во Франции.
— К сожалению, — прибавила она, — я приеду без Клода. У него много работы, и он не может вырваться…
Она пошла на эту маленькую ложь, поскольку у нее не поворачивался язык признаться, что Клод не хочет ехать на фронт, так как попросту струсил.
Когда концерт подходил к концу, Кэра шепнула Клоду об этом телефонном звонке. Клод бросил на нее ледяной взгляд, но ничего
не сказал. Тем не менее, выйдя на сцену, он ослепительно улыбался, раскланивался вместе с ней и отвечал на восторженные возгласы публики. Он был настоящим профессионалом своего дела.
После концерта они обычно вместе ужинали. Иногда Клод вел ее в «Савой», а иногда в «Родчестер». Переодеваясь после выступления у себя в гримерной, Кэра облачилась в черное бархатное платье, а на плечи накинула голубую лису — подарок Клода на Рождество. Ее переполняла нежность к Клоду.
Им нельзя ссориться. Это просто недопустимо!.. Ведь они столько лет работают вместе. И она очень любит его. Ей удастся уговорить его, и она использует для этого все свои женские чары, перед которыми Клод не сможет устоять. Когда она заключит его в нежные объятия, он, конечно, уступит, и на следующей неделе они вместе отправятся во Францию.
Однако все надежды Кэры обратились в прах. Когда она бросилась искать Клода, оказалось, что партнер уже ушел. Об этом ей сообщила билетерша.
На мгновение Кэра окаменела. У нее в голове не укладывалось, что Клод может поступить с ней подобным образом. Неужели он способен так жестоко наказать ее за то, что она решила участвовать в «Арт-союзе»?…
В шикарном авто Кэра ехала домой. Было очень темно, словно во время затемнения перед авианалетом, и на душе у нее было так же мрачно. Волшебная фея, которая совсем недавно парила над сценой, теперь забилась в уголок на заднем сиденье и горько рыдала.
Между тем поступок Клода
не поколебал ее намерения отправиться во Францию.
Дома она забылась беспокойным сном и утром проснулась задолго до того, как явилась Бриджит. Но, что еще удивительнее, Кэра не стала валяться в постели до завтрака. Она отбросила одеяло, приняла ванну и к девяти часам уже успела одеться.






