ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Паутина, Автор - Майкл Джудит, Серия - Обманы. Паутина [2], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Паутина Майкл Джудит Паутина, Автор - Майкл Джудит, Серия - Обманы. Паутина [2], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. ЧАСТЬ I Глава 1 Сделав глубокий вдох, Сабрина дунула на свечи именинного пирога, и те погасли. Их было тридцать три и еще одна — на счастье. Потом она закрыла глаза и загадала желание. Пусть все остается по-прежнему. Дети, возлюбленный, друзья, дом — пусть они будут рядом, и пусть ничто им не грозит. И пусть они действительно будут моими. Открыв глаза, она с улыбкой посмотрела на сидящих за столом и взяла серебряный, старинной работы нож для пирога. Она привезла его из Лондона, в последнюю свою поездку. — Мам, что ты загадала? — спросил Клифф. — Нельзя об этом говорить, — ответила Пенни. — А то желания не сбудутся. — Они и так не сбудутся, — безапелляционно заявил Клифф. — Об этом каждый знает. Сказки! — Какой цинизм, подумать только! — шутливо возразила Линда Тальвиа, дотрагиваясь до руки Марти. — У меня желания сбывались столько раз, что я сбилась со счета! — А у меня сбылись все до единого, — сказал Гарт, встречаясь взглядом с Сабриной, которая сидела на противоположном конце стола. — Раз-другой сбылось даже то, о чем я и не мечтал. — Да как они могут сбываться, если ты сам этого не хочешь? — фыркнул Клифф. — Сбываются, да

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А ведь она могла, вероятно, и устроить скандал. Какая изумительная, любящая женщина!

Но Сабрина понимала, что нельзя взваливать свои заботы на женщину, которая погрузилась в воспоминания об умершем муже.

Медленно, с неохотой она повернулась к выходу, но, услышав голос женщины, остановилась как вкопанная.

— Мадам спрашивала, сказала ли она, как ее зовут.

Сабрина обернулась.

— Да.

— Нет, как я вам уже сказала. — В знак благодарности за проявленное Сабриной сочувствие хозяйка магазина больше не говорила, что Сабрина раньше заходила к ней в магазин.

— Та женщина не сказала мне, как ее зовут. Но, выйдя в соседнюю комнату — я искала какой-то

гипс, я думала, он у меня есть, впрочем так оно и оказалось, — я слышала ее разговор с другом, и он называл ее по имени. Он упомянул также имя ее мужа.

Сабрина выжидательно посмотрела на нее.

— Он назвал ее Сабрина, — сказала женщина. — А ее мужа — Макс.

ЧАСТЬ II

Глава 4

Взрыв расколол

«Лафит»

надвое. Описав широкую дугу, обломки судна рассыпались по глади Средиземного моря. Он отозвался гулким эхом среди стоящих на побережье домов бело-розовых тонов, исторг истошные вопли у людей, что гуляли по улицам или сидели в кафе Монте-Карло. Те, у кого были бинокли, судорожно хватались за них, но мало что увидели в бешеном водовороте воды и обломков кораблекрушения. На самом судне вода в считанные секунды затопила изящно обставленную каюту, где Макс Стювезан обычно принимал гостей или флиртовал, потом хлынула в расположенные ниже каюты экипажа. Прошло несколько мгновений, и судно

стало тонуть. Стоял пасмурный октябрьский день, на часах была половина шестого пополудни.

Взрывной волной Стефани и Макса швырнуло через весь салон. Стефани сильно ударилась головой об угол столика для коктейлей, сделанного из стекла и металла, и теперь лежала рядом с ним, словно тряпичная кукла. Макса отбросило к самому концу стойки бара из красного дерева. Сжавшись в комок, он старался перевести дыхание.

«Бомба, слишком рано, бомба, слишком рано»,

— стучало в голове.

Он не слышал жалобных воплей, криков о помощи. В наступившей вдруг жуткой тишине, раздавался только неистовый плеск волн о борта судна, которое раскачивалось и содрогалось под ним.

Боже, все разнесло в клочья…

С усилием встав на четвереньки, он замотал головой, словно пес, стряхивающий воду. Левое плечо пронзила острая боль, он перенес всю тяжесть тела на правую руку и попытался встать, но упал навзничь. Бормоча ругательства, он ползком пересек комнату и добрался до широкого окна, думая лишь о том, как выбраться наружу. Сопя, ругаясь, обливаясь потом, он подтянулся на руках и встал на ноги, опираясь руками на подоконник. Стекло было разбито; дорога наружу была открыта.