–Но у тебя ведь, кажется, есть приятель по имени Фрейзе?
Лука впервые за все это время улыбнулся и воскликнул:
–Да он просто у нас в монастыре на кухне прислуживает! Чем-то я ему сразу приглянулся, с самого первого дня. Мне, когда я в монастырь поступил, всего одиннадцать лет исполнилось. Да и сам он был всего года на два постарше, но почему-то сразу решил обо мне заботиться, говорил, что я слишком худой, что я и одну зиму там не протяну. И за каждой трапезой приносил мне добавку. Он, правда, всего лишь на кухне повару помогает.
–Братья или сестры у тебя есть?
–Нет, я один во всем свете.
–Скучаешь ли ты по родителям?
–Да, очень.
–Чувствуешь ли ты себя одиноким? – Этот вопрос прозвучал как очередное обвинение.
–Да, пожалуй. Я чувствую, что остался совсем один, если вы об этом спрашиваете.
Инквизитор задумался, поднеся к губам кончик черного пера.
–А твои родители… – Пробежав глазами список вопросов, он вернулся к самому первому. – Они ведь, кажется, были уже немолоды, когда ты родился?
–Да, – с удивлением подтвердил Лука. – Да, это правда.
–И люди, по всей вероятности, удивлялись: как это у таких старых супругов вдруг родился мальчик, да еще такой хорошенький и умненький?
–У нас
ведь очень маленькая деревня, – пробовал защищаться Лука. – Людям там только и остается, что сплетничать.
–Но ты ведь и впрямь хорош собой. И явно неглуп. Но твои родители отнюдь тобой не хвалились, не выставляли тебя напоказ, а, напротив, все больше дома держали, верно?
–Мы трое были очень близки, – ответил Лука. – У нас сплоченная маленькая семья. Мы никогда никому беспокойства не доставляли. И всегда жили очень тихо и замкнуто.
–Но почему в таком случае родители отдали тебя церкви? Может, им казалось, что в лоне церкви ты будешь в большей безопасности, чем дома? Или, может, они опасались какого-то особого дара, которым ты обладаешь? Может, из-за этого дара тебе и была необходима защита церкви?
Лука, по-прежнему стоя на коленях, неловко поерзал: ему было неудобно.
–Не знаю, – честно признался он. – Я же тогда совсем ребенком был, мне едва одиннадцать исполнилось. Я не знаю, что мои родители на сей счет думали.
Инквизитор молча ждал продолжения, но Лука довольно долго молчал, потом все же признался:
–Они хотели, чтобы я получил образование и стал священником. Мой отец… – Голос его дрогнул и прервался, ибо он вспомнил своего горячо любимого отца, его седые волосы, его крепкие объятия, нежность и терпение, которое не раз испытывал его маленький шустрый сынок… – Мой отец очень гордился тем, что я сам научился читать и считать, справляться с самыми разными числами. Он-то даже читать не умел и полагал это умение великим талантом.






