– Но он тебе нравится?
Варя закуталась в шубку, словно мигом озябла, а сама просто спрятала лицо в воротник, чтоб отец не заметил, как зарделась. И робко кивнула. Даже странно – действительно нравится. И как смотрит, и как ходит. И что на эстонца похож по темпераменту. А в постели наоборот…
И опять лицо в воротник спрятала – улыбка на губы набежала.
– Он вроде бы неплохой человек. Не обижает тебя?
Нет, ― головой мотнула.
– Он хороший. Вроде. Я не знаю, па, пока не пытай. Сама много не понимаю. Время нужно, чтобы в себе разобраться. И не беспокойся – Максим действительно порядочный человек. Мне с ним спокойно.
– Как же дальше с учебой будет?
– Буду учиться. Придумается, что-нибудь.
И вдруг ткнулась лбом в плечо мужчины:
– Знаешь, мне кажется, я понимаю, зачем выжила. Только боюсь пока верить. Прости меня за все, ладно?
– За что, глупенькая, ― вздохнул, погладил по голове. ― Денег-то надо? Возьми-ка пару тысяч, на всякий случай, ― сунул ей мятые бумажки. ― Звони почаще. И на мои звонки отвечай уж, пожалуйста. Не спокойно у меня на сердце пока.
– Все будет, как будет. Хуже по – любому быть не может, ― чмокнула его в щеку, вводя в ступор. И пошла к лифту. ― Спасибо тебе, ― бросила в открытую дверь.
И грустно стало, сердце защемило. Слезы накатились вдруг, словно навсегда с отцом расставалась. А может с прошлым? Так его жалеть нечего.
И вышла уже спокойная, уверенная.
Максим у машины стоял, курил – красивый и… свой, близкий, родной какой-то. Смотрел на нее и словно любовался. Варя подошла, забрала у него сигарету, опершись ладонью на грудь. Затянулась и отдала обратно. И прижалась, заглядывая в лицо. Мужчина отвернулся, чтобы дым ей в лицо не пускать, и косился, радуясь, что лед с ее стороны тронулся, и, пугаясь – как бы ее в другую сторону не унесло.
– Поговорили?
– Угу.
– Беспокоится?
– Да.
Макс хмыкнул:
– Ты удивительно многословна.
– Беру пример с тебя, «жених».
–
Слышу сарказм в голосе, ― откинул сигаретку и притянул девушку к себе, обнял. ― Сейчас в больницу, потом пообедать заедем, и я снова сделаю тебе предложение. И буду делать, пока не согласишься.
Варя с трудом справилась с наползающей на губы улыбкой, гордой и счастливой.
– Мне нужно доучиться, ― напомнила.
– Согласен. И даже не собираюсь мешать, хотя одно другому не помеха. И если хочешь знать мое мнение, тебе нужно получать ту профессию, к которой душа лежит. Подумай.
Они выехали со двора. Варя мысленно помахала рукой знакомым местам и тихо заметила:
– Теперь я знаю, зачем жила и зачем жить.
– Жить нужно, солнышко. Впереди много интересного: семья, дети, новая профессия.
– Что делать с Владом?
– Кстати, о твоем образе – а ты не думало о театральном? Когда я первый раз тебя увидел, был уверен, что ты парень, ― улыбнулся ей.






