Впрочем, Гомер неполноценным себя не чувствовал: ему понадобилось ровно 48 часов, чтобы освоиться, обжиться и наполнить свой новый дом, а заодно и сердце хозяйки, в котором это мохнатое перекати-поле задержалось навечно, радостью. Он не видел опасности, он не знал, что ходит по лезвию бритвы, — и это делало его безоглядно бесстрашным. Очень скоро, набросившись на грабителя, он вернет хозяйке долг номинальной стоимостью в жизнь. А еще «сторожевому» коту предстоит познакомиться со сторожевыми псами Куперов… Мелисса, подруга Гвен, которая пустила бедняжку под свой кров, занималась благотворительностью дозированно, и вот уже новые жильцы нуждаются в ее гостеприимстве. Переезд к родителям стал для Гвен ударом, для котов — стрессом: они привыкают к дому. Но только не Гомер, ведь его дом — ее сердце. Это Гвен чувствовала себя не в своей тарелке, вернувшись под родительскую опеку, Гомер же всюду находил свою миску.
Нью-Йорк — точка отсчета самостоятельной жизни Гвен. Теперь только она, Гомер, Вашти и Скарлетт — «кошки старшие». Ну и пара бойфрендов…
Гвен свила свое уютное «гнездышко» в нескольких кварталах от места катастрофы 11 сентября. Тогда никто, и Гвен в том числе, не мог предположить, что однажды башни-близнецы Всемирного торгового центра
рухнут. Сама она в этот момент будет в безопасности, но кошки…
Какие фильмы вы вспоминаете с особой теплотой? «Бетховен», «Дорога домой: Невероятное путешествие», «Бэйб» — они идеальны для семейного просмотра. Так вот: «Одиссея Гомера» рекомендована для семейного прочтения.
Пролог
Кот, который жил
Муза, скажи мне о том многоопытном муже, который долго скитался…
Гомер. Одиссея
[1]
Каждый раз, когда я возвращаюсь домой в конце дня, происходит одно и то же.
«Дзынь» работающего лифта — для чуткого уха первый несомненный признак моего скорого прихода, а к тому моменту, когда я вставляю ключ в дверной замок, я и сама уже слышу, как с другой стороны дверь подпирают мягкие лапки. Как-то я поймала себя на том, что открываю — любые! — двери со всей возможной осторожностью, чтобы случайно не опрокинуть прильнувшее к ним с обратной стороны пушистое живое существо. Не елозя долго по полу, лапки, оттолкнувшись от двери, сразу находят мою ногу и тут же начинают подъем к вершине, как будто я не я, а ствол дерева, на которое во что бы то ни стало должен вскарабкаться черный мурлычущий комочек.






