Но кроме контролируемых, есть еще многие тысячи наблюдаемых, однако там, насколько я понял, они появляются раз в несколько лет или даже раз в сто лет.
– А сколько они живут, кстати?
– Хороший вопрос…
Дверь в кабинет открылась, и появился Курт. Он поставил
на стол чашку кофе с блюдцем и высокий бокал с молоком, а затем удалился, не сказав ни слова. Никаких тебе «здравствуйте, сэр», «я могу идти, сэр?» Очень удобно.
– Так вот живут они, насколько нам удалось выяснить, от полутора до двух тысяч лет.
– А почему такой разброс?
– Неформатируемые – полторы, форматируемые – две тысячи.
– Такая цифра не сразу укладывается в нашей голове, правда, те, кого я видел в сферах, не производят впечатление наших родственников.
– Вот тут я с вами полностью согласен. Даже в нороздулах есть что-то, как бы это назвали – человеческое, а эти – полное ничто в плане понятных нам эмоций. Однако все, что требуется – выйти с ними на осознанный контакт, а для этого, помимо места, нужен язык. Это необходимо и для простоты общения с ними, и, что самое главное, в дипломатических целях. На них нужно произвести максимально благоприятное впечатление, я бы даже сказал – значимое.
– Как-то раз, сэр, вы обмолвились, что мы будем давить на них, угрожать. С тех пор что-то
изменилось?
– Нет, друг мой, это по-прежнему единственный наш аргумент. Договариваться с нами они не станут, это смешно, и нам нечего им предложить. А вот шантаж и коварство – да, в этом мы преуспели. Этого не ожидали даже они, наш информатор с горечью заявлял об этом.
– А разве мы с ними когда-то конфликтовали в открытую?
– Они делали выводы из наших столкновений с каттингами. Дело в том, что, несмотря на силу, у каттингов были заложены какие-то правила в ведении войн, а вот нам – «мягким муглам», как они нас иногда называют, такие правила прививались, но были утеряны.
– Значит, будем делать то, что лучше всего умеем.
– Да, давить. А объектом давления, и это, дорогой Ферлин, самая страшная наша тайна… – Тут капитан сделал глоток кофе, и в этот момент с другой стороны включился интерком:
– Сэр, на случай, если вы забыли, по вашей просьбе кофе подается теперь без сахара.
– Я помню, Курт, спасибо. Но я надеялся, что ты забыл.
– Как можно, сэр? – удивился Курт, и интерком отключился.
– А почему без сахара? – спросил Ферлин.
– Потому что сахар расслабляет, а мне нужно работать.
Капитан сделал еще пару глотков и отодвинул чашку.
– Значит, суть нашего предложения к ним – оставить нас в покое, а мы за это не станем взрывать семь их главных планет с метановой атмосферой. Это их начало, их первородина, они этими планетами очень дорожат, поскольку там у них нечто вроде инкубатора.
– Интересно, неужели форматированный сдал вам эту информацию? – покачал головой Ферлин.






