ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Восхождение, Автор - Киле Пётр, , Жанр - Драматургия, Поэзия. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Восхождение Киле Пётр Восхождение, Автор - Киле Пётр, , Жанр - Драматургия, Поэзия. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. ПРОЛОГ Поэт , словно пребывающий в полете: – Прозрачный, чистый, лучезарный свет! Из всех чудес его чудесней нет. Вся в зелени, в цвету планета - жизнетворящая стихия света… Природа - таинство его, игра, и сон, и торжество, как солнце блещет из-за тучи… Материя и дух летучий вкруг звезд несущихся планет, праформа вещества и сущность - свет, бегущий вечно во Вселенной, как мысль в полете вдохновенной, рожденной им, себе под стать, чтоб таинства свои познать. Мы видим воочию, как в смене кадров, и слышим голос поэта: – О, тихая природа! Милый вешний край! Ласкающий и жгучий, словно Эрос, май! Эдем! Эдем! И красота! Все здесь. Но смерть, повсюду нищета и днесь, и в войнах сотрясается планета из века в век, как жизни скорбной мета. Лишь свет все вновь творит весной, а вкупе с ним мастеровой, и красота, сияние всего живого, восходит в мире вешнем снова на острие луча. Но человек, рожденный для познанья природы света, тайны мирозданья, в зените озарений гаснет, как свеча. В сиянии света проносится Земля. Постигший тайну света, Аристей из света воссоздал людей, бессмертных, словно боги… Здесь таинство природы и искусства, поэзии пленительные чувства, - но мир убогий у вечности, у высшей красоты не принял взлетов мысли и мечты. О, свет

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Восхождение

Киле Пётр

Восхождение, Автор - Киле Пётр, , Жанр - Драматургия, Поэзия. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью.

ПРОЛОГ

Поэт

,

словно пребывающий в полете:

– Прозрачный, чистый, лучезарный свет! Из всех чудес его чудесней нет. Вся в зелени, в цвету планета - жизнетворящая стихия света… Природа - таинство его, игра, и сон, и торжество, как солнце блещет из-за тучи…

Материя и дух летучий вкруг звезд несущихся планет, праформа вещества и сущность - свет, бегущий вечно во Вселенной, как мысль в полете вдохновенной, рожденной им, себе под стать, чтоб таинства свои познать.

Мы

видим воочию, как в смене кадров, и слышим голос поэта:

– О, тихая природа! Милый вешний край! Ласкающий и жгучий, словно Эрос, май!

Эдем! Эдем! И красота! Все здесь. Но смерть, повсюду нищета и днесь, и в войнах сотрясается планета из века в век, как жизни скорбной мета.

Лишь свет все вновь творит весной, а вкупе с ним мастеровой, и красота, сияние всего живого, восходит в мире вешнем снова на острие луча.

Но человек, рожденный для познанья природы света, тайны мирозданья, в зените озарений гаснет, как свеча.

В сиянии света проносится Земля.

Постигший тайну света, Аристей из света воссоздал людей, бессмертных, словно боги…

Здесь таинство природы и искусства, поэзии пленительные чувства, - но мир убогий у вечности, у высшей красоты не принял взлетов мысли и мечты.

О, свет бессмертный! Феб в венке из лавра! Зачем вся роскошь дара и высших вдохновений, если Рок и человечеству все множит бремя впрок, и все живое безвозвратно канет на островке в безбрежнем океане?!

ЧАСТЬ I

ГЛАВА ПЕРВАЯ

1

Высоко в горах. Спутники Аристея Навротского; Аристей; феи.

Один из спутников

смотрит вниз:

– Здесь спуск к реке опасен. Скоро ночь. Долина в сумерках уже сокрылась.

– Пологий склон я вижу впереди! – восклицает второй.

– Ну, до него еще три дня пути. А где Навротский, странный наш ученый?

Третий смеется:

– Ученый? Нет, художник несравненный.

– Рисует, без сомненья, он прекрасно. Детина, рад природе, как ребенок; без сил то падает, то вновь бежит, каменья драгоценные все ищет.

Третий:

– И с радостью великою находит.

Второй, показывая руками:

– И самородок с яблоко нашел.

– Совсем, как яблоко, на загляденье!

Один из спутников с удовлетворением:

– Да с ним мы, братцы, станем богачи.

Второй впадает в сомнения:

– Но у него другое на уме. Он ищет, говорил, ворота в небо.

– Ворота в небо? Это что за чудо?

Третий, весьма осведомленный:

– Столбы на гребне синих гор вдали - природные или остатки храма? Я тоже видел их из наших мест, где рос и Аристей ребенком малым. А мать его учительницей в школе у нас в селе была. Но мне у ней, как жаль, учиться не пришлось.

Один из спутников:

– А что?

Третий с восхищением и с грустью:

– Красивей

женщины не видел я.