Читала какой-то журнал: Антон удивился – мама за журналом? Обычно она или в компьютере, или в книжке…
Мама подняла на Тошку задумчивые глаза:
– Позвонил отцу?
– Да! Он сказал, что приедет двадцать восьмого… Мам, а ты чего такая… - удивился Тошка маминому спокойствию. Затревожился.
– Ничего, Антон, - улыбнулась мама. Смущённо как-то… Что-то не похоже на неё! – Сядь.
И тут Антон испугался.
– Мам, что случилось? – да что ж такое с его голосом?
Мама молчала и глядела куда-то мимо Тошки. Он обернулся, увидел на подоконнике знакомый образок… Снова посмотрел на мать.
– Мам!
– А? – откликнулась мама и, вздохнув, сказала тихо, - Антон, я не хотела пока тебе говорить, но всё же решила…
– Что? – замирая, спросил Антон.
Вот, что, что можно ждать от жизни?!
– Братик у тебя будет.
– Что? – переспросил Антон, - Славка что ли?
Но он и так знал, что Славка приедет.
Мама заливисто
рассмеялась:
– Господи, Тошка, ты такой же непонятливый, как твой отец!
Чего?!
Видимо он очень уж серьёзно смотрел на маму, раз она перестала смеяться и сказала:
– Ещё один будет. Братик.
… Тихо было в комнате. Уютно засыпала тишина… Заснул возле окошка и его могучий друг – тополь, нарядно укрытый тоненьким слоем снега.
А Тошка всё не спал… Нет рядом Славки. Грустно.
Но братишка сейчас дома, рядом со своей мамой… Поэтому грусть была не сильной, а так – привычной. И она медленно растворялась в тихой радости, наполнявшей Тошкино сердце. Братик… Жизнь подарит ему ещё одного братишку? Вот так чудо!
Но, получается, через полгодика уже не будет
этой тишины?
…«Мы назовём его Славка?» - спросил Антон у мамы. Она снова улыбнулась: «Как скажешь, Антон… Только вот ты не запутаешься в двух Славках?»
…Как в них можно запутаться? Славка – старший и Славка – малыш…
Мелкий такой карапуз будет. Младенец! Начнёт свою нехитрую новую жизнь… Какую?
Непростой этот мир, и непросто в нём маленькому человечку… «Но в нём много хорошего!
– подумал Тошка, - а я буду учить брата…».
Он сам многого не умеет… Пока…
Но у него впереди целая жизнь. И у него есть – сейчас… Каждый миг – его.
«Господи, сохрани моего братишку… Братьев… И родителей, и друзей… Их так много, Господи… Сохрани их всех…»
Тошка смотрел, как вертятся в зимней темноте быстрые снежинки. И чувствовал, что тишина сейчас зазвенит… Как если бы зазвенел колокол, если бросить в него маленьким камешком…
Это пространство
мира затихло и ждёт, словно колокол, множество колоколов!
Тронешь его – и оно отзовётся. Быть может весёлой мелодией, быть может – задорной, быть может - спокойной и ласковой, быть может – нежной и чуточку грустной, но всё же - творящей радость в сердцах слушателей и вдохновляющей их на добрые дела…
Но может отозваться и горестным звучанием или набором режущих слух отвратительных диссонансов.






