Смеясь, Лара и Калиг оседлали его. Лара крепко ухватилась за поводья, Калиг сидел позади, обнимая ее одной рукой. И Даграс пустился в путь, сначала медленно, потом все быстрее, переходя на кентер, а затем на галоп, вскоре он расправил свои прекрасные крылья и взмыл в лазурные небеса Бельмаира.
Какое-то время по обеим сторонам от него летели два дракона. Чешуя более крупного переливалась оттенками цвета морской волны и весенней зелени, гребень был пурпурным и золотым, крылья отливали золотом, в его темных глазах кружились
серебристо-золотые завитки, а обрамляли их густые пурпурные ресницы, когти были окрашены в ярко-розовый цвет. Второй был чуть менее эффектным, как и подобало спутнику Верховного Дракона Бельмаира. Его чешуя была небесно-голубого цвета, а крылья — золотых и серебристых оттенков.
Затем драконы отстали и еще долго парили в воздухе, пока Даграс взмывал все выше и выше в небеса над Бельмаиром. Вдруг единодушно зазвучали голоса драконов: «Да пребудет с вами Свет, Лара и великий принц-тень Калиг!» И чета стала спускаться.
— Даграс, остановись на мгновение и обернись, — сказал Калиг.
Удостоверившись, что Нидхуг и Сирило находятся в небе Бельмаира, он произнес заклинание, которое должно было вечно хранить этот мир от хищных захватчиков:
Пусть будет Бельмаир сокрыт от Тьмы
Принца и феи колдовским покровом.
Ни смертный, ни волшебник не найдут
Тот славный мир там, где он был основан.
Пусть память всю о Бельмаире укроет забытья зима
И будут не страшны ему отныне проклятья, недруги и Тьма.
— Это чудесное заклинание, — похвалила Лара, глядя на яркую звезду, которой отсюда уже казался Бельмаир.
На ней теперь не было видно ничего, но Лара знала, что мир Диллона по-прежнему живет, и думала о том, что и в Хетаре тоже когда-то было добро. Она повернулась к Калигу и посмотрела на него:
— Теперь мы готовы?
— Но, Даграс, вперед! — крикнул Калиг коню, и тот мгновенно сорвался с места.
Справа от себя Лара видела Хетар, укутанный тускло-серой атмосферой мрака и Тьмы.
— Калиг, взгляни! Теперь от нашего великолепного
Хетара действительно ничего не осталось. Тьма поглотила его, он во власти Колгрима.
Но тут внезапно что-то привлекло ее взгляд. Крошечная точка ослепительного мерцающего света неслась по направлению к Хетару. Лара не могла оторвать от нее глаз и, уверившись в своих подозрениях, горько и отчаянно закричала:
«Марцина! Калиг, это Марцина! Я абсолютно уверена, это она! Она вернулась в Хетар, несмотря на все, что мы ей говорили! Это самый глупый и безрассудный поступок за всю ее жизнь!»
«Нет, любовь моя, — стараясь успокоить ее, заговорил Калиг.






