ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Венец судьбы, Автор - Смолл Бертрис, Серия - Мир Хетара [6], , Жанр - Любовно-фантастические романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Венец судьбы Смолл Бертрис Венец судьбы, Автор - Смолл Бертрис, Серия - Мир Хетара [6], , Жанр - Любовно-фантастические романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Пролог Он убил ее голыми руками. Собственно, ему понадобилась лишь одна рука. Длинные изящные пальцы сомкнулись на ее тонкой бледной шее и стали сжимать ее, сжимать и сжимать, пока ужас в ее темных глазах не превратился в стеклянную пустоту. Она обманула его надежды. В первый раз он простил ее. Простил и во второй. Но когда его охватила лихорадка третьего сезона размножения и ей снова не удалось оправдать его ожидания, то у него уже не оставалось выбора. Его привлекала, манила ее восхитительная темная сторона, и все же она оставалась для него лишь плодородной почвой, что должна была принять его семя, порождением которого стал бы его сын. После рождения ребенка он в любом случае собирался ее убить. Теперь по крайней мере ему не придется слушать ее глупых честолюбивых речей. И она уже не будет бесконечно твердить о том, чтобы покинуть Темные Земли и отправиться завоевывать Хетар. Она никогда не была способна понять, что для того, чтобы это завоевание увенчалось успехом, им было необходимо набраться терпения и непременно переформировать и усовершенствовать свои войска. У них было время, и в этот

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Смеясь, Лара и Калиг оседлали его. Лара крепко ухватилась за поводья, Калиг сидел позади, обнимая ее одной рукой. И Даграс пустился в путь, сначала медленно, потом все быстрее, переходя на кентер, а затем на галоп, вскоре он расправил свои прекрасные крылья и взмыл в лазурные небеса Бельмаира.

Какое-то время по обеим сторонам от него летели два дракона. Чешуя более крупного переливалась оттенками цвета морской волны и весенней зелени, гребень был пурпурным и золотым, крылья отливали золотом, в его темных глазах кружились

серебристо-золотые завитки, а обрамляли их густые пурпурные ресницы, когти были окрашены в ярко-розовый цвет. Второй был чуть менее эффектным, как и подобало спутнику Верховного Дракона Бельмаира. Его чешуя была небесно-голубого цвета, а крылья — золотых и серебристых оттенков.

Затем драконы отстали и еще долго парили в воздухе, пока Даграс взмывал все выше и выше в небеса над Бельмаиром. Вдруг единодушно зазвучали голоса драконов: «Да пребудет с вами Свет, Лара и великий принц-тень Калиг!» И чета стала спускаться.

— Даграс, остановись на мгновение и обернись, — сказал Калиг.

Удостоверившись, что Нидхуг и Сирило находятся в небе Бельмаира, он произнес заклинание, которое должно было вечно хранить этот мир от хищных захватчиков:

Пусть будет Бельмаир сокрыт от Тьмы

Принца и феи колдовским покровом.

Ни смертный, ни волшебник не найдут

Тот славный мир там, где он был основан.

Пусть память всю о Бельмаире укроет забытья зима

И будут не страшны ему отныне проклятья, недруги и Тьма.

— Это чудесное заклинание, — похвалила Лара, глядя на яркую звезду, которой отсюда уже казался Бельмаир.

На ней теперь не было видно ничего, но Лара знала, что мир Диллона по-прежнему живет, и думала о том, что и в Хетаре тоже когда-то было добро. Она повернулась к Калигу и посмотрела на него:

— Теперь мы готовы?

— Но, Даграс, вперед! — крикнул Калиг коню, и тот мгновенно сорвался с места.

Справа от себя Лара видела Хетар, укутанный тускло-серой атмосферой мрака и Тьмы.

— Калиг, взгляни! Теперь от нашего великолепного

Хетара действительно ничего не осталось. Тьма поглотила его, он во власти Колгрима.

Но тут внезапно что-то привлекло ее взгляд. Крошечная точка ослепительного мерцающего света неслась по направлению к Хетару. Лара не могла оторвать от нее глаз и, уверившись в своих подозрениях, горько и отчаянно закричала:

«Марцина! Калиг, это Марцина! Я абсолютно уверена, это она! Она вернулась в Хетар, несмотря на все, что мы ей говорили! Это самый глупый и безрассудный поступок за всю ее жизнь!»

«Нет, любовь моя, — стараясь успокоить ее, заговорил Калиг.