— Места там, действительно глухие, притом, что не учитывается дикое зверьё. Тем более что невооружёнными, в тех местах не ходят.
Упаковав рюкзаки и оставив всё лишнее, компания сгрудилась у выхода. По всему было видно —
замкнутое пространство начинает действовать на нервы, а становиться могучей кучкой глюков, потерявшихся в глубинах собственного подсознания, никто не желал. Наина оставалась в своих владениях, как минимум, на этот период времени. Пока они охотятся за блестящим идолом, её помощь была не нужна и, кое-кому, от этого стало грустно, а кому-то весело. Были и такие, кто испытал чувство облегчения.
— Можно сказать, она у вас на горбу ездила! — с укоризной произнёс Крон, раскрыв смысл прочитанных мыслей своих товарищей. — Наш проход чуть дальше, а я на минуту…
С этими словами он скрылся за поворотом. Компаньоны переглянулись, а кое-кто, даже схватился за голову. После возвращения Крона, народ потянулся в глубину пещерного лабиринта, устало поправляя рюкзаки и, вяло разглядывая влажные стены, с которых временами падали тяжёлые капли конденсата, а бледно-зелёные лишайники довершали мрачную картину пустоты. Дед поёжился и, отковырнув от стены кусок породы, на котором приютился маленький кусочек подземной жизни, недовольно произнёс:
— Чувствую себя, как на субмарине: такой же полумрак, так же сыро и с подволока за шиворот капает забортная вода. В общем, замкнутое пространство, с небольшими возможностями прохода по отсекам. Даже воздух, такой же затхлый.
— Дед! — покосился на него Сутулый. — Ты определённо иностранный шпион.
— Это ещё почему?
— Потому что оперируешь зарубежными названиями: геликоптер вместо вертолёта, субмарина вместо подводной лодки, — улыбаясь, выдал Бульдозер. — А насчёт затхлого воздуха в ПЛ, то ты не учёл регенерацию воздуха, а она функционирует.
— Работать то она работает, но свежий воздух
предпочтительнее, — парировал Дед и зашвырнул кусок породы подальше в темноту.
— Точно! — согласился Пифагор, — свежачок начинаешь особенно ценить, когда кто-нибудь накурит в реакторном отсеке, а по лодке расползается предательский запах.
— А они там картошку не варят, в первом контуре охлаждения? — язвительно спросил Кащей.
Народ ещё не устал, но на шутку реагировать отказывался. К слову сказать, не все забыли кулинарные забавы с американскими корнеплодами.
— Мы жарили картошку на тэне, мощностью в киловатт, — вспомнил Крон, хоть никогда и не забывал. — Свернули его калачиком. Правда, очень долго часа полтора — два, да и противень, в палец толщиной.
— Жарили в подлодке? — изумился Бармалей.
— Да нет! На надводном корабле. Хоть на «аттомаче», хоть в «дизелюхе» — тебя быстро вычислят.
— Тяжела служба подводников, — вздохнул Почтальон. — Но, зато вино дают.






