— Хорошо, — кивнул Рорик, — где мне его искать?
— Искать, да? — Мужик обтёр руки о фартук, сделав это скорее, чтобы унять волнение, потому что после этого действия на его ладонях грязи не убавилось, а скорее наоборот. — Зачем ты
его искать хочешь? Да, хотя не говори, знаю зачем.
Чёрный кивнул, отвечая ему.
— Может, не будешь его забирать, а? — негромко сказал мужик, вновь попытавшись вытереть руки о фартук. — Он у них в семье один мальчишка-то. Зачем отраду отца забирать-то? Вас же и так полно! Оставь мальчика в семье.
— Не пори горячку, друг, — примирительно улыбнулся в ответ Рорик, он прекрасно понимал, насколько малы шансы юного Таргла остаться в семье, но вероятность, что мальчик не подойдёт ему, тоже имелась. — Пока я хочу только взглянуть на него. Поговорить, если угодно.
После минутного размышления Хвирд все-таки решился сообщить Чёрному о том, где жил волчонок, а когда Рорик уже собрался было уходить, в спину ему прозвучал вопрос:
— А вы и правда с Ульрой… того-этого?
Секунду подумав над ответом, Рорик все же обернулся и загадочно ухмыльнувшись сказал мужику:
— Как кролики.
Жизнь этой небольшой деревеньки после этих слов стала куда интереснее и насыщеннее. Правда, эти же слова в будущем аукнутся Чёрному, но сейчас он об этом не знал и лишь довольно улыбался удачной, на его взгляд, шутке.
Глава 3 — Таргл
Он родился в ночь полной луны, в самую суровую зиму из тех, что
помнили жители севера. Родился без крика и без биения маленького сердца. Мертворождённый, ребёнок, не нашедший свою душу, так назвали его старухи, утешавшие рыдающую мать. Жизнь на севере была не из лёгких, и дети часто рождались мертвыми, в этом не было ничего необычного. Люди привыкли терять своих детей, и никто не догадался приоткрыть рот мёртвого младенца. Никто, кроме его отца — старого Гонрада Борга.
Готовясь похоронить последнюю надежду, он чуть оттянул вверх губу малыша и увидел, что на дёснах у него красуются два крохотных зубика.
— Предки всемилостивые… — прошептал Гонрад.
Мальчик открыл ярко-жёлтые, звериные глаза и завыл, словно щенок.
Волк. Он был волком!
В следующую секунду глаза мальчика сменили цвет на светло-голубой и он, наконец-то, заплакал. Человеческая душа обуздала зверя.
Он был другим, не таким, как все
остальные дети из деревни. Отец говорил, что это все из-за слишком уж острых клыков, которые росли у Таргла во рту и из-за тех странных снов, всегда преследовавших мальчика. Если с клыками все было более или менее понятно, то сны… О снах он часто задумывался.
Мальчику часто снилась луна. Нет, не просто луна, а Луна. Во сне она была живой, и пела для него какую-то песню, в которой он не мог понять ни слова, но песня эта была для него странно знакомой и родной. А иногда ему снился далёкий север, тот, что за Ледяным Морем.






