ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Псы войны, Автор - Стоун Роберт, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Псы войны Стоун Роберт Псы войны, Автор - Стоун Роберт, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. В Сайгоне я досконально изучил и черный рынок, и рынок наркотиков; это было страшно. Поразительное количество уважаемых людей — журналистов, дипломатов, госслужащих, даже военных — было тем или иным образом вовлечено в торговлю золотом и наркотиками. Пресс-корпус в Сайгоне находился огромный; немало корреспондентов употребляли или торговали. Перед Вьетнамом я несколько лет жил в Англии; вернувшись в Америку, я увидел совершенно другой мир, как будто после революции. Революции музыкальной, сексуальной, в отношениях между людьми, в отношении к наркотикам… Затяжной шизофренический эпизод, право слово: мы хотели победить в войне, перестроить общество и как следует повеселиться — одновременно. Как же, держи карман шире. Думаю, все понимают, что после Вьетнама наша страна не так твердо стоит на ногах, еще не оправилась от удара. В «Псах войны» я попытался исследовать сам удар и его последствия. Это роман о мечтах, которые сгнили на корню. О людях, гонящихся за ощущениями ради самих ощущений; о людях, до сих пор продолжающих творить то, что творили тогда. Роберт Стоун (из интервью The New York Times) Книга получила высшую литературную награду США — Национальную книжную премию (на следующий год после «

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда он садился, она слабо улыбнулась ему, и он подумал: интересно, заговорит ли она с ним, узнав в нем соотечественника? Лицо у нее было гладкое, как у молоденькой девушки, но серое и бледное, так что трудно было сказать, то ли она хорошо сохранилась,

то ли преждевременно состарилась. Такие восковые лица бывают у курильщиков опиума, но она явно не относилась к их числу. В руках у нее был роман Кронина «Цитадель», который она читала.

Неожиданно она оторвалась от книги, застав Конверса, разглядывавшего ее, врасплох. Нет, с опиумом она, конечно, дел не имела. Карие глаза глядели тепло и ясно. Конверсу, отличавшемуся экстравагантным вкусом, она показалась привлекательной.

— Ну что, — подделываясь под непринужденную армейскую манеру, сказал он, — похоже, погодка скоро разыграется.

Она из вежливости посмотрела на небо.

— Дождь будет обязательно, — согласилась она. — Но еще не скоро.

— Пожалуй что так, — задумчиво проговорил он и отвернулся, а она снова погрузилась в чтение.

Конверс зашел в парк, чтобы посидеть на прохладном ветерке, который всегда поднимался перед дождем, и прочитать письма. Надо было как-то убить время, оставшееся до назначенной встречи, и успокоить нервы. Появляться в такой ранний час на террасе «Континенталя» не хотелось.

Он достал из сумки небольшую пачку писем, бегло просмотрел. Одно было из голландской андерграундной газеты, выходившей на английском языке, с просьбой написать о Сайгоне. Два — с чеками: от тестя и ирландской газеты. Письмо из Беркли, от жены. Он достал носовой платок, отер пот, заливавший глаза, и принялся читать.

«Я все-таки съездила в конце концов в Нью-Йорк, — писала жена, — провела там девятнадцать дней. Взяла с собой Джейни, и хлопот с ней особых не было. Опять вернулась на работу, как раз вовремя: крутим новую порнуху, самую тоскливую за всю дорогу. Тебе от всех привет, говорят, береги себя.

Нью-Йорк ужасен. Сорок вторая улица сейчас — это что-то невообразимое. По сравнению с ней Третья просто дом родной. Увидишь сам, как испортился город, когда в следующий раз пойдешь в то местечко на Бродвее, где всегда брал хот-доги. Я нарочно зашла туда — меня-то эти расклады, честно говоря, слабо колышут, не то что тебя. А еще проехалась в сабвее, на что, уверена, ты бы не отважился.

Съездила с Джейни в Кротон, навестить дядю Джея и его гудзонских большевиков. Мы с ней пошли

на вечер в „Нешнл гардиан“

[1]

, и я словно перенеслась в прошлое — все эти фолкеры и ручные негры. Кому-то пришло в голову сделать мексиканский стол, были марьячи

[2]

из Пуэрто-Рико, и народ рассказывал байки о своем друге Сикейросе. Не жди клубнички, на этот раз у меня ни с кем не срослось. Был бы Галлахер — другое дело, но его не было. Там все на него злятся».