Спроси кого угодно в деревне, они расскажут о нем массу легенд.
— Беспокоиться надо о том, чего они не договаривают, — вставляет Маттео.
— Жаль, что вы не слышали нашего разговора. — Я не собираюсь сдаваться без боя. — Я знаю, все будет хорошо. Просто знаю, и все.
— Избавь меня от своих предчувствий.
Я пропускаю эти слова мимо ушей.
— Он стареет, — говорю я. — Ему грустно, одиноко, хочется общества.
— Значит, после первого же разговора он стал твоим новым лучшим другом, — язвительно говорит Ариэль. — Не думала, что ты такой глупец.
— У него несколько домов для гостей и большой штат прислуги, — настаиваю я.
— Плевать мне на прислугу. Особенно на большой штат.
— Вот фотография, которую мне дал синьор Гольдини. Посмотрите. Это из брошюры для туристов. В сам дворец посетителей не пускают, но им разрешается осмотреть часть сада. Взгляните, какая красота. Он ничего не скрывает.
— Как
ты можешь быть таким наивным?
— Не знаю. Просто доверяю ему и все. Не могу объяснить, почему. У меня чувство такое.
— Такое же чувство было у меня, когда я впервые встретила Хогарта.
Я удивляюсь, как у нее хватает сил произнести это имя. Может быть, она понемногу начинает оживать.
— Это было очень давно, — говорю я ей. — Ты уже не та наивная девочка. У тебя есть мы. У нас есть деньги. Мы никому ничем не обязаны и можем ехать, куда хотим. Но этот мистер Дрябли мне не нравится, и, я думаю, нам нужно как можно скорее уехать подальше отсюда. Мы слишком долго прожили на одном месте. Если останемся, здесь вскорости появится еще один мистер Дрябли. Я бы предпочел местечко, где поменьше публики. Поселимся там и посмотрим, что будет дальше.
— Я не поеду в незнакомый дом. В частных домах всегда есть запертые двери и потайные комнаты. Я их ненавижу. Ты знаешь.
— Мы можем все тщательно проверить и только потом решать, остаться или нет. Я спрашивал синьора Гольдини, знает ли он что-нибудь об этом доме, и он сказал, что двоюродная сестра лучшей подруги его жены работает там на кухне, и, по ее отзывам, граф очень добрый хозяин. А служанки обычно не стесняются пожаловаться, если что не так. Я поговорю с ней самой.
— И уж наверняка у него нет никаких скрытых побуждений.
— Послушай, он очень богат. У него есть связи. Он может нам помочь.
— Помочь? Откуда ты знаешь? — спрашивает она.
— Ну, он может быть знаком с нужными людьми. С другими богачами, не только в Италии. Он занимается морскими грузоперевозками, значит, у него есть контакты по всему миру. Владельцы компаний, бизнесмены, дипломаты, даже шпионы — они все общаются между собой. Кто знает?
— Но с какой стати он хочет помогать нам?
Она колеблется, пусть даже чуть-чуть. Ничего, я проложу дорогу к ее сердцу. Продолжай, Томазино, не сдавайся.
— Вы оба можете друг другу помочь, — говорю я.






