Я осторожно делала шаг за шагом, а они передвигались вместе со мной. Я видела, как Прайм держит за горло смертельно перепуганного Аронимуса и заставляет смотреть на фиаско его знаменитой армии. Тела Кайсуса и Кунца валялись бесформенными грудами рядом, а вокруг них кипел бой. Прайм немного отпустил Аронимуса и сказал:
– Столетиями я гасил твои неразумные порывы.
Сколько раз я спасал тебя, убеждая поступать спокойно и не спеша. Я устал
от тебя, очень устал… За все эти годы ты не понял одного: большая власть – большая ответственность! Все мои законы созданы не для того, чтобы угнетать и властвовать, а защищать людей от нас, вампиров. Мы все часть одного целого, а ты этого так и не понял!
Дальше я не смотрела, а только слышала ужасный звук рвущейся плоти вампира и предсмертный крик Аронимуса, который был похож, скорее, на визг. Я не могла сказать, что обрадовалась, просто мозг отметил, что опасности стало меньше, меня сейчас интересовало только одно – выбраться отсюда как можно скорее и доставить Генри в ближайшую больницу, пока не стало слишком поздно.
Когда мы пробрались сквозь это безумие до машины, часть солдат Прайма снова исчезли, а две фигуры в черном – женщина и мужчина, вдруг резко остановились на месте. Их глаза безвольно закрылись, а руки повисли вдоль тела, значит, Прайм стал воздействовать на окружающих так, как мог только он один. Тут же появились индейцы и практически синхронно оторвали головы застывшим врагам. Потом они по-деловому осмотрели нас и, поклонившись, быстрее ветра убежали дальше.
Когда я увидела это своими глазами, то испытала шок, но сейчас была абсолютно спокойна, потому что знала – под руководством Прайма все пройдет правильно – Ричардсоны в полной безопасности.
Эдуард и Алиса появились около меня и, молча,
без промедлений, помогли положить Генри на заднее сидение нашей машины. Эдуард сел за руль, Алиса – справа от него, а я осталась стоять на коленях около отца.
Когда наш автомобиль на максимальной скорости выскочил на автостраду, ведущую к Монако, я слышала, как звуки боя становятся тише. Алиса уже звонила в местную больницу, требуя подготовить отдельную палату в реанимации, а также, чтобы нас на входе ждала бригада врачей. Она ругалась, уговаривала и врала на чистейшем французском языке, чтобы вынудить их адекватно отнестись к нашей ситуации. Рассказала, как неизвестная машина сбила на дороге американского туриста, а мы подобрали его и везем в реанимацию. Что пульс есть, но очень слабый, переломаны ноги и пару ребер. Я зажмурилась и старалась не думать, как было больно отцу, когда ему ломали кости.
Но потом в моем кармане завибрировал телефон, и я увидела на экране, что это звонок от Ханны.






